В Талицком Доме культуры был устроен «Вечер вальса». Нарядно одетые юноши и девушки собрались в просторном светлом зале.
Начали с вальса «Дунайские волны», который В. Чернухин исполнил на баяне.
Потом хор участников художественной самодеятельности исполнил «Таежный вальс» Пономаренко.
Конечно, на вечере вальса нельзя было не рассказать об истории его возникновения. Поэтому главврач Талицкой больницы В.Г. Харин подробно рассказал об известных всему миру композиторах Штраусе-отце и Штраусе-сыне. Радиола помогла услышать их первые вальсы.
Много вальсов было исполнено по заявкам танцующих: «В лесу», «Кукушка», «Грусть», «Случайная встреча», «Амурские волны».
Лучшим танцорам были вручены призы. Их получили В. Кокоткин, Н. Донецких, Н. Дедлов.

1963 год
НИ ДУХОВ, НИ ПОМАДЫ…

На очередной сессии Добринского районного Совета депутатов шел разговор о работе потребительской кооперации. Выступавшие на ней депутаты озвучили ряд замечаний и предложений селян к работникам торговли.
— Избиратели просили меня выступить с предложением открыть в Добринке второй хлебный магазин и изменить часы торговли, — сказал депутат Чирков.
Каждый год, особенно в летнюю пору, возле хлебного магазина собираются большие очереди. А дело легко исправить, если организовать продажу хлеба в нескольких местах.
Пора задуматься и над распорядком работы магазинов, которые открываются и закрываются в часы, когда все люди на работе. Многим, чтобы купить себе что-то, приходится отпрашиваться с производства.
— В сельских магазинах, — сообщила депутат Голанцева, — нет очень многих товаров. Совершенно не думают товароведы о женской косметике. В Павловском магазине, например, ни духов, ни помады, ни пудры. А ведь деревенская девушка, собираясь в клуб, тоже не может обойтись без косметики…

1988 год
ПОСТ №1

Так называют депутатские посты Мазейского сельсовета. По доброй традиции были созданы они в преддверии жатвы в колхозе имени Димитрова и в совхозе «Добринский». Возглавляли их здесь авторитетные труженики: колхозный бригадир Д.П. Соловьев и шофер совхоза Л.К. Демченков.
С первых же дней работы зарекомендовали себя депутаты надежными помощниками механизаторов, стремясь не просто контролировать темпы и качество уборочной страды, но и организовывать людей на борьбу с недостатками.
Под контролем депутатских групп — вопросы социальной сферы. Ежедневно на полевой стан поступает свежая периодика, руководителями хозяйств выделены два специально оборудованных автобуса под передвижные рабочие столовые. Качество пищи — отменное.

1997 год
БУДУТ СВОИ ОВОЩИ

Чтобы заготовить на зиму необходимое количество овощей для столовой, в Среднематренской средней школе взяли в аренду поле, ранее брошенное членами крестьянского хозяйства.
На 48 гектарах разместили ячмень. По три отвели под картофель и сахарную свеклу, а полтора — под овощи. Здесь хорошо растут и развиваются капуста, морковь, столовая свекла, лук, помидоры, огурцы.
При помощи сельскохозяйственного кооператива имени Чапаева ведется необходимая работа. Учителя и технические работники школы завершили обработку сахарной свеклы.
Ребята уже несколько раз провели прополку картофеля и овощей. Чтобы стимулировать труд учащихся, школа заключила договор с центром занятости населения. Их труд будет по достоинству оплачен.
Те, кто помладше, находятся в оздоровительном лагере дневного пребывания. Девчонки и мальчишки тоже не сидят без дела. Они заняты сбором лекарственных трав, которые после просушки будут сданы в аптеку.

2002 год
СКАЗКА К НАМ ПРИХОДИТ

Одна из добринских школьниц подкинула работникам коммунальной службы идею разрисовать автобусные остановки сказочными персонажами. Сказано — сделано.
Очень скоро на боковых стенках остановочных павильонов стали появляться герои популярных мультиков, любимых детворой. Помощь художнику оказывал мастер М.М. Жигулин, который доставлял краску, необходимый инструмент.
Остановочные павильоны изменились до неузнаваемости. На эти цели районный бюджет выделил свыше трех тысяч рублей.

2005 год
КРУТИ ПЕДАЛИ, ПОЧТАЛЬОН

Чтобы облегчить нелегкий труд почтальонов, обслуживающих очень большие и удаленные участки, руководство Добринского почтамта решило посадить их на велосипеды.
Изыскав необходимые денежные суммы для приобретения двухколесных транспортных средств, сделали почту более мобильной, быстрой.
В прошлом году новенькие велосипеды в свое распоряжение получили пятнадцать почтальонов. С начала этого года приобретено еще пять штук.

Воспитанники детского дома им. М. Горького выступили в районном Доме культуры с интересной концертной программой. Каникулы у этих ребят не пропадают даром. В окружающем детский дом парке часто можно было увидеть, как кто-нибудь из мальчиков или девочек громко декламирует стихи, учится отбивать чечетку или старается правильно просвистеть мелодию песни, разучиваемой на репетициях.
Ребята подготовили около 15-ти номеров. Почти для каждого они сами сшили костюмы в детдомовской швейной мастерской.
Концерт начался выступлением хора, состоящего из 49 человек. В его репертуаре были произведения: «Славься» из оперы Глинки «Иван Сусанин», песня девушек из оперы Верстовского «Аскольдова могила» и современная песня «Дружба всего дороже».
Понравилась зрителям танцевальная группа девочек, сольные выступления Вали Будаевой и Лиды Гущиной. Выступления юных артистов сопровождал струнный оркестр детского дома.

1963 год
ВНИЗ ПО ВОЛГЕ-РЕКЕ…

В начале лета жительница Добринки, пенсионерка А. Кириченко, по бесплатной путевке от райсобеса отправилась в путешествие вниз по Волге на теплоходе «Карл Маркс». Позже она поделилась своими впечатлениями на страницах районной газеты.
За две недели туристы побывали в четырнадцати портовых городах: Ярославль, Углич, Ульяновск, Горький, Волгоград…
«Иногда теплоход останавливался у домов отдыха и тогда все мы превращались в молодых: пели, плясали, декламировали стихи, выступали со своим струнным оркестром, созданным энтузиастами в начале путешествия», — писала А. Кириченко в своей заметке. — «За две недели пребывания на теплоходе все пенсионеры хорошо отдохнули и даже немного помолодели…».

1974 год
ТОРГОВЛЯ С ДОСТАВКОЙ В ПОЛЕ

В жаркие дни уборки на счету каждый час. Вот почему работники торговли продумали все до мелочей, чтобы оперативно, хорошо обслуживать хлеборобов, развернуть торговлю непосредственно на полях, токах, приемных пунктах.
На период уборки урожая будет дополнительно открыто четыре буфета на хлебоприемных пунктах, на токах и в полях хлеборобов будут обслуживать четыре автолавки, четыре гужевых возчика, 15 ларьков без продавца, 30 книгонош.
Утвержден и ассортимент товаров. В буфетах, например, будут не только холодные закуски, но и первые, и вторые горячие блюда, кондитерские и табачные изделия, русский квас. В автолавках, кроме пищевых продуктов, будут промышленные товары повсе-
дневного спроса.

1983 год
РУКОТВОРНОЕ ОЗЕРО

Большие работы ведутся в этом году на тихой степной речке Плавутка на территории колхоза «Рассвет». Здесь создается водохранилище объемом 4,5 млн кубометров воды. Эта вода напоит живительной влагой колхозные поля, создаст в районе водохранилища благоприятный климат. Голубая нива будет интенсивно использоваться для разведения рыбы.
Работы ведет здесь ПМК треста «Мелиоводстрой». Этот коллектив известен в нашем районе прежде всего тем, что сдает объекты в определенные планом сроки или досрочно.

2002 год
ТАКСОФОН В ПОСЕЛКЕ

На сходе граждан Богородицкой сельской администрации одна из жительниц задала вопрос: нельзя ли установить в поселке хотя бы один таксофон. Проблема, конечно, не столь важна, поскольку поселок достаточно телефонизирован. Но решение схода вскоре было выполнено.
Таксофон появился на входе в магазин местного торгового центра. Многие им с удовольствием пользовались, когда, например, в магазин завозили новый товар, чтобы сообщить об этом своим знакомым.

2005 год
ЛЮТИКИ-ЦВЕТОЧКИ

Лето — пора заготовки лекарственных трав. Этим и занялись работники пункта приема лекарственного технического сырья торгово-заготовительного предприятия Добринского райпо.
Среди тех, кто занимается сбором трав, не только пенсионеры и безработные, но и целые школы: Талицкая, Паршиновская, Чамлык-Никольская. Для людей это не только прибавка к семейному бюджету, но и возможность пообщаться с природой.

СКРОМНЫЙ ГЕРОЙ…

Об этом рассказывает единственная дочь старого солдата — Р.М. Сорокина из Добринки.

— Недавно в столице, в музее «Дорога Памяти» и парке «Патриот», — говорит Раиса Михайловна, — побывала наша родственница из Грязей, запросившая там информацию о моём отце. Ранее мы отправляли его фотографию на «Бессмертный полк»-онлайн. И в столице поисковая система выдала всё о боевом пути и наградах родного человека, в том числе высветились два ордена. Она прислала снимки этих документов нам. Про один орден мы знали, но Красную Звезду увидели впервые. Наши радость и удивление не передать словами: вдруг через 80 с лишним лет награда нашла героя. Отец жил скромно, о войне не любил вспоминать, уж про орден и вовсе никогда не говорил. Скорее всего, он и сам про него ничегошеньки не ведал, поскольку его с ранениями с поля боя отправили в госпиталь, потом комиссовали домой. Жаль, конечно, что такую радостную информацию Михаил Иванович при жизни не получил, но мы всегда будем помнить о нашем герое. Сразу обратились в Добринский военкомат, там нам распечатали все документы об отце. Хорошо, что сейчас они оцифровываются и потомки могут найти сведения о своих родных и близких.

Вероятнее всего, в суматохе боёв так и получилось: приказ вышел, но боец уже отвоевался, некого было награждать. Вот, что говорится в наградном документе комсомольца, красноармейца-пулемётчика 464-го отдельного пулемётного батальона Дробышева М.И.: «В бою за деревню (название неразборчиво — прим. авт.) Калининской области своим пулемётом уничтожил расчёт 37-мм орудия противника и 4-х офицеров. При продвижении вперёд, зайдя во фланг противника, не давал ему отхода. Огнём своего пулемёта уничтожил до 40 солдат и офицеров. Будучи тяжело раненным, не ушёл с поля боя, и лишь при повторном ранении был эвакуирован санитарами». Очень хорошо, что, пусть и спустя такое долгое время, семья узнала о заслугах отца и деда.

Родился защитник Отечества 20 сентября 1923 года в деревне Васильевке самым младшим в семье с 4-мя ребятишками. Только одна старшая сестра Наталья у мальчишек была. К ней же в Васильевку Михаил вернулся после госпиталя в 1943-м. И проживал там до 1945-го. У Натальи война забрала мужа…

СИЛА ДУХА

На фронт М.И. Дробышева призвали сразу вместе с ровесниками. Например, в наградном листе сказано, что 5 июля 1941-го он уже воевал, призывался Шульгинским РВК Тамбовской области.

— На войне он был пулемётчиком, — продолжает Р.М. Сорокина, — и мне хорошо понятно, почему у него были немного скрюченными обе руки, ведь он до последнего не бросал свой раскалённый пулемёт, пока сам практически замертво не упал от потери крови. Такая сила духа у человека была! Ещё ранение имел в ногу. Но папа старался никогда об этом не говорить и не жаловался на боли, чтоб его никто не жалел. Даже отказался от группы инвалидности и ничего за ранения не получал. Стараясь не хромать, ходил без палочки, хоть и трудно ему это давалось. Это я уже как медик понимаю.

На маме моей собеседницы — Любови Васильевне Матыцыной из Верхней Матрёнки, 1924 г.р., боец женился после отгремевших боёв. Люба была труженицей тыла, копала окопы под Воронежем. Часто прилетал фашистский самолёт и начинал их бомбить, погибали женщины и девушки. Так что и она здесь испытала немало горестей.

— Несмотря на ранения, папа хорошо умел шить обувь. Как-то мне в детстве сшил красные хромовые сапожки. Я себя в них чувствовала артисткой.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ВОЙНЫ

Михаил, лёгкий на подъём, не боялся никакой работы, вербовался на Сахалин, жили Дробышевы и под Благовещенском, и в бухте Золотой Рог, потом в Архангельской и Кировской областях. Кто-то из его братьев остался на Дальнем Востоке, в городе Артём, а Михаил потом вернулся. Родина малая потянула к себе.

— И везде, где папа с мамой «путешествовали» по стране, их в обязательном порядке сопровождала моя бабушка, тёща отца Анна Семёновна Матыцына, 1891 года рождения. Наш Михаил об этом сам её просил. В Добринке отец работал на элеваторе мастером-сушильщиком зерна, конюхом в СЭС, последние годы — сторожем в гараже райсоюза.

Раиса Михайловна Сорокина, посвятившая себя медицине Добринского района, часто любит вспоминать детство, как они проживали на Сахалине и в других местах. Её родители были весёлыми и музыкальными людьми: пели, оба играли на балалайках, отец ещё и на гармошке хорошо умел. Частушки из их уст вылетали на любую тему. Жили, как и все, небогато, но с открытой душой.

— Папа мог поддержать любую компанию, был находчивым человеком, имел глубокое чувство юмора. Он безмерно гордился мною, любил внуков: Ирину и Алексея. Умер Михаил Иванович Дробышев в 2001-м. Жаль, конечно, что не успел хоть чуточку порадоваться своей заслуженной награде. А я хочу обратиться ко всем землякам, у кого воевали отцы и деды. Ищите сведения о них, и вы узнаете много нового о своих родных защитниках Отечества.

В ТЕМУ

Орден Красной Звезды — государственная награда СССР, учреждённая 6 апреля 1930 года. Она вручалась за большие заслуги в деле обороны СССР как в военное, так и в мирное время, а также в обеспечении государственной безопасности.
Основания для награждения: личное мужество и отвага в боях, отличная организация и умелое руководство боевыми действиями, способствовавшие успеху советских войск;
успешные боевые действия воинских частей и соединений, в результате которых противнику был нанесён значительный урон, и т.д.
В годы Великой Отечественной войны орденом были награждены более 2,86 млн. человек.

Эта учительница прошла путь от ученицы епархиального училища до кавалера высшей награды. Её жизнь — настоящая история страны. В тяжёлые годы войны и послевоенное время, когда страна поднималась из руин, опорой в тылу стали педагоги, отдававшие душу детям. И одна из них — учительница Мазейской семилетней школы Варвара Вячеславовна ОРЛОВА, чей самоотверженный труд был отмечен медалями «За трудовую доблесть», «За доблестный труд в годы войны», а в 1952-м увенчался высшей государственной наградой — орденом Ленина. Настолько высоко страна ценила тех, кто «сеял разумное, доброе, вечное»!

ЕПАРХИАЛКА

Передо мною — стопка пожелтевших бумаг, личное дело женщины, много лет назад покинувшей этот мир. Предоставила мне их методист Добринской школы №2 Ольга Евгеньевна Подхалюзина. С трепетом рассматриваю документы Варвары, появившейся на свет в 1892-м году в Сафоново, что ещё называли Гагарино, Сафоново-Сибирка (так в документе — прим. авт.) Тамбовской губернии.

«Я родилась в семье священника, — читаю в её автобиографии, — у отца нас было 9 детей. До 10 лет училась в сельской земской школе. В 1903 г. поступила в Тамбовскую министерскую женскую гимназию. Из 3-го класса гимназии отец перевёл меня в 3-й класс Тамбовского епархиального училища, где и окончила полный курс обучения в 1910 году».

Почему же батюшка принял такое решение и перевёл дочку после трёх лет учёбы из гимназии в училище, мы теперь не узнаем. И зачем сразу она поступила в первое заведение, а не во второе, ведь в обоих учиться шесть лет? Тоже тайна… Только гимназия славилась классическим гуманитарным образованием, позволявшим поступать в университеты. Обучение считалось престижным и модным. Здесь издавались книги, проводились литературно-музыкальные вечера, представления и танцы. Однако практиковали тут и телесные наказания…

Епархиальное училище готовило грамотных и добродетельных жён для священно-
служителей. Причём бесплатно туда принимались только девочки-сироты из семей духовенства, остальные дочки священников — на платной основе. И всё-таки в этом училище пристальное внимание уделялось домоводству и рукоделию, здесь преподавали гимнастику и гигиену. Епархиалки получали основные сведения о воспитании детей, свойствах лекарственных растений, уходе за больными… Девочек готовили не только быть попадьёй, а образцом в городе и в деревне. Поэтому их учили танцам и игре на рояле (правда, музыке — за отдельную плату).

Позже в училище был создан дополнительный класс для желающих получить диплом домашней учительницы. Видимо, в это время сюда и перевёл батюшка Орлов Вячеслав Тимофеевич свою Вареньку. И в её судьбе соединились две линии: и добродетели для семейной жизни со священником, как у матери, и профессиональное педагогическое призвание. Только, читая личное дело, везде вижу в графе о семейном положении: «девица», «на иждивении никого нет». Замуж Варвара Вячеславовна не выходила…

ЛИКВИДАТОР НЕГРАМОТНЫХ

Юная учительница с блестящим аттестатом, в котором лишь по церковному пению, черчению и теории словесности были «очень хорошие» знания (4), остальные — отличные, приехала на малую родину осенью 1910-го. Ей назначили годовой оклад в 360 рублей с вычетом из него 6% (21 руб. 60 копеек). И сразу Варвара стала преподавать в той же Сафоновской земской школе, где училась когда-то сама. Работала самоотверженно, без оглядки на трудности: вела одна занятия с тремя группами.

14 лет, до 1924-го, она отдавала силы землякам. До той поры, пока школу не закрыли «из-за отсутствия средств и топлива». И тут же её назначили ликвидатором неграмотных и малограмотных в Новопетровку Сафоновского волисполкома Усманского уезда Воронежской губернии. За короткое время «ликвидировала» 60 невежд, обучив их грамоте. Это число В.В. Орлова сама упоминает в документах.

После Новопетровки, до 1934-го, где она только ни трудилась: это и Чуевская школа, и Добринская образцовая, и обучала начальные классы в Дебринской школе Хворостянского района, и заведовала Княже-Байгорской школой в Грязинском районе…

Отдельно Варвара Вячеславовна пишет о том, что в бурные годы перемен, в 1917-1918 гг., когда после Октябрьской революции организовали комитеты бедноты, «была членом этого комитета и членом Сафоновского волисполкома Сов. рабочих и крестьянских депутатов, была выдвинута на уездные съезды в 1918-1919 гг., принимала активное участие в коллективизации населения, в культурно-просветительской работе, а также во всех проводимых кампаниях на селе».

После того как педагог кратно упомянула о том, что родилась в семье священника, она потом нигде об этом не вспоминала, во всяком случае письменно точно… Что стало с её близкими, отцом и его родственниками-священниками после Октябрьской революции, проехавшейся по семьям духовенства, как плугом, — отдельная, горькая история…. Сейчас мы говорим о жизни, с одной стороны, вроде простого сельского учителя, с другой — легендарного педагога-кавалера ордена Ленина. И снова вопрос: как руководство той эпохи «забыло» о её происхождении, наградив высшей государственной наградой? Это я понять не могу. Знаю только одно: орден она заслужила своим трудом. Работала Варвара Вячеславовна очень ответственно, уроки проводила на высшем уровне, стараясь научить грамоте своих подопечных. Об этом говорят её характеристики от директоров школ и заведующего прежним Талицким районо тов. Васильева. Кроме того, в архивах газеты Талицкого района «Знамя Ленина» от 31 августа 1951 года в статье «Районное учительское совещание», анализирующей работу педагогов за прежний учебный год, есть такие слова: «Многие учителя добились в своих классах стопроцентной успеваемости учащихся. К таким педагогам относятся Орлова В.В., Давыдова М.П., Ракитина Т.З., Путилина Е.С.». Как видим, нашу героиню называют первой в списке лучших.

УЧИЛА ГРАМОТЕ МАЗЕЙЦЕВ

В 1934-м её перевели учителем русского языка и литературы в Мазейскую семилетнюю школу Талицкого района. Здесь в сентябре 1952-го года Варвару Вячеславовну Орлову Указом Президиума Верховного Совета СССР за выслугу лет и безупречную работу наградили орденом Ленина. Об этом с гордостью сообщает «Знамя Ленина» 11 сентября 1952-го. Кстати говоря, в том учебном году она была в своём районе единственным учителем-кавалером такой высокой награды. Например, годом ранее их было две (Булычёва М.В. и Путилина З.А.). В областной газете «Коммуна» Воронежской области в том Указе 1952 г. из наших педагогов ещё упоминается директор Добринской семилетки Голубых Фёдор Сергеевич. И с одинаковым текстом на имя Орловой В.В. в Мазейскую школу 8 сентября 1952-го летят телеграммы от секретаря райкома ВКП(б) тов. Алексеенко, председателя исполкома райсовета депутатов трудящихся И. Винникова и зав. районо А. Васильева: «Поздравляю Вас с высокой правительственной наградой — орденом Ленина. Желаю Вам дальнейших успехов в деле воспитания молодого поколения».

В 1936-1938 гг. она в Воронежском учительском институте на двухгодичных курсах получала высшее образование, но диплом так и не имела по окончании, поскольку на итоговый экзамен не попала из-за болезни. В целом свою квалификацию повышала постоянно и за работу поощрялась от книжной библиотеки до поездки в санаторий. А в 44 года Воронежским советом профсоюзов Орлова В.В. была утверждена на получение пожизненной пенсии за 25-летний стаж.

В годы войны вместе с подопечными во внеурочное время работала в колхозе, помогая фронту всем, чем только возможно. В этот же период была ещё и завучем в школе. В 1944-м попросила освободить её от занимаемой должности, но заявление педагога отклонили «из-за необоснованности причин».

— Я хорошо помню свою учительницу литературы и русского языка Варвару Вячеславовну, — говорит житель Мазейки Анатолий Борисович Дергунов, 1937 г.р., — преподавала в 5-7-х классах. Это учитель от Бога. Никогда на нас голоса не повысила. Интересно было у неё учиться: объясняла так, что дома можно было не готовиться. До сей поры не забыл многие стихотворения, что с ней учили наизусть.

И в подтверждение последних слов 89-летний собеседник стал читать «Однажды в студёную зимнюю пору…» Н. Некрасова. А ещё дочка Галина, с кем теперь Анатолий Борисович проживает, показала его аттестат, сохранившийся со школьной поры.

Одни пятёрочки там у дедушки, в том числе по русскому языку и литературному чтению. В других документах — он тоже отличник. Вот только высшее образование получить не довелось: 8 детей в семье, он старший. Отец сказал: «Если тебя отправлять на учёбу, надо единственную коровёнку со двора увести…». Выучился на водителя, трудился в АТП.

— Вместе с Варварой Вячеславовной, — продолжает А.Б. Дергунов, — в нашем селе в начальных классах работала её сестра Зорина Валентина Вячеславовна. Её муж Зорин Сергей Николаевич был одно время директором начальной школы — стояло отдельное здание от семилетки. Вместе с женой они посменно вели первый и третий классы или второй и четвёртый, но я у них не учился. И жили Зорины вместе с Варварой Вячеславовной тоже при школе, только в разных комнатах. Мы не слышали, что они дочери священника. Какие-то слухи ходили, но в том возрасте не сильно волновало это. Нас Варвара выпустила в 1952-м, в выпускном классе было 18 человек. Из них трое отличников-мальчишек: помимо меня, ещё Виктор Максимов и Иван Дергунов. Тогда и учительницу русского языка я видел в последний раз. Что её в том же году орденом наградили, не знал.

— Варвару Вячеславовну я тоже хорошо помню, — рассказывает ещё одна её ученица, Таисия Николаевна Филалеева (в дев. Ларина), 1941 г.р., — я в 5-м классе к ней учиться пришла, директором тогда у нас был Василий Прокофьевич Сотников. Семилетка — длинное одноэтажное здание, по обеим сторонам — классы, в каждом — печки. И всё равно зимой холодно было. Запомнила учительницу русского языка и литературы очень спокойным человеком. Как-то урок начался, а мы с подружками, Зиной Скомороховой и Шурой Крутских, всё ещё после перемены хохочем, не можем остановиться. Так нам хватило только одного взгляда Варвары Вячеславовны и её слов: «Смех без причины — признак дурачины», как мы тут же притихли. Была полной женщиной с копной волос на голове. Ещё нам, 10-12-летним, в свои 57-58 лет она казалась очень пожилой. Окончили мы школу в 1956-м, но нас Варвара уже не выпускала, другая учительница учила… Про награду Орловой мы ничего не слышали. Наверно, просто её учителя в учительской поздравили, и всё.

Немало документов о жизни педагога-кавалера удалось найти, а вот хорошей фотографии нет. К поискам снимка подключала всех, кто там жил когда-либо, учился или учил. И таких не оказалось ни у супругов-педагогов Некрасовых из Верхней Матрёнки, ни у учителя математики Отскоченской школы Владимира Васильевича Астахова. Он тоже в Мазейке в детстве проживал с семьёй. Помнит В.В. Орлову интеллигентным, добрым человеком сам, и так о ней отзывались его старшие сёстры, кого она учила. В.В. Астахов был третьим из 6 детей, окончил семилетку в 1959-м. Его отец Владимир Алексеевич преподавал математику и ещё учил начальные классы. И старший Астахов не фотографировался с коллегами на память. Да и кто тогда в сёлах снимался?

Есть некачественное фото из архива бывшего учителя истории Мазейской школы Людмилы Алексеевны Паниной, где Варвара Вячеславовна — среди коллег. Вместе с ними — директор семилетки Сотников В.П. Районный краевед Виктор Владимирович Елисеев предоставил фото 1885 года школы с. Мазейка, вверху на здании написано: «церковно-приходская». Та же Людмила Алексеевна утверждает, что именно из него после сделали семилетку, пристроив ещё часть к основному зданию. И здесь работала кавалер ордена Ленина.

Сколько Орлова прожила? Сказать точно тоже невозможно, как и то, где сельская учительница завершила свой путь… По словам А.Б. Дергунова, она вместе с сестрой и её мужем примерно в середине 50-х гг. уехала к их единственному сыну-офицеру Юрию в Мичуринск. Осталась ли там навсегда? Возможно. Но племянник, как сказала Л.А. Панина, после проживал и в Рязани. Однако тут главное, что о педагоге помнят до сей поры ученики и благодарны ей за труд. Ведь она учила их не только грамоте, но и добру.

Марина ПЧЕЛЬНИКОВА.
Фото автора, из архива Л.А. Паниной и В.В. Елисеева.

***

В ТЕМУ
Указ Президиума Верховного Совета СССР от 12 февраля 1948 года О награждении учителей орденами и медалями СССР за выслугу лет и безупречную работу
Установить награждение орденами и медалями СССР за выслугу лет и безупречную работу учителей, работающих в органах народного образования и имеющих непрерывный стаж педагогической работы:
10 лет — медалью «За трудовое отличие», 15 лет — медалью «За трудовую доблесть», 20 лет — орденом «Знак Почета», 25 лет — орденом Трудового Красного Знамени, 30 лет — орденом Ленина — высшей наградой СССР. Он давал право на прибавку к пенсии в размере 330%. Ещё через пять лет самоотверженного труда педагоги награждались вторым орденом Ленина. Награда изготавливалась из золота, накладной барельеф В.И. Ленина — из платины.

1. Отсюда началась деревня Чуево (Бахтино) после выделения земли под поселение в результате проведенного в 1784 году межевания.
2. На этом месте возникла усадьба первопоселенца-однодворца Волокитина (Чуева), протянувшаяся от озера Чистое (сейчас здесь заболоченная низина с зарослями деревьев и кустарников) до нынешней улицы Садовой. Теперь на этой земле вот уже почти два с половиной века живут потомки первопоселенца.
3. Добринские выселки (Добринка), возникшие в 1802 году.
4. Темными линиями обозначена граница между Чуевкой и Добринкой.
5. Построенная в 1853 году Никольская церковь села Чуевка.
6. Кладбище, заложенное в конце второй половины XVIII века.
7. Один из истоков реки Плавутки, ранее полноводной, на которой в начале ХХ века был устроен ныне существующий Чуевский пруд.
8. Осушенное озеро возле церкви.

НА БЕРЕГУ ОЗЕРА ЧИСТОЕ

В нынешнем году Добринка отметит 224 года своего существования. Основана она в 1802 году выходцами из города Добрый (ныне — село Доброе Липецкой области). Но, кроме этой деревни, на территории современной Добринки располагалось в прошлом еще три поселения: деревни Никольское (Терпигорево), Чамлык-Никольские выселки и село Чуевка, которые впоследствии слились в один жилой массив.

Село Чуевка стало частью Добринки в 1967 году и в официальных документах больше не фигурирует, но из

повседневного обихода старое название не исчезло. Ее история — чрезвычайно интересная страница биографии нашего Добринского края.

Текст Википедии гласит, что первоначальное название Чуевки — Козловские выселки, и что основана она переселенцами из города Козлова (ныне — Мичуринска) в конце второй половины 18 века, то есть раньше деревни Добринской.

Совершенно неожиданная, весьма интригующая информация приведена в материалах десятой ревизии (поименная перепись населения — Прим. ред.). Из них мы узнаем, что в 1858 году на берегу озера Чистое (Бахтино) в Усманском уезде стояла не одна, а… сразу две Чуевки — село Пушкарские (Чуево тож) и деревня Бахтина (Чуевка тож). Пушкарские — от названия Пушкарской слободы города Козлова. То есть основатели поселения — не из самого Козлова, а из Пушкарской слободы.

Через несколько лет в архивных документах — уже немного видоизмененные названия упомянутых поселений. В списке населенных мест Тамбовской губернии за 1862 год на берегу озера Бахтино (второе название озера не упомянуто) значились казенное село Чуевка (Козловские) — 37 дворов, и казенная деревня Бахтина (Бахтино озеро) — 2 двора.

Для сравнения. На другом берегу озера Бахтино, в деревне Добринской, насчитывалось тогда всего 17 дворов, то есть Чуевка была в два раза больше Добринки.

Но почему переселенцы из-под Козлова создали две отдельные деревни, основав два разных сельских общества, словно бы прибыли из разных мест?

Возникали и другие вопросы. Каким образом Козловские выселки стали Чуевкой?

Согласно семейному преданию моего коллеги по работе в районной газете «Добринские вести» Валерия Николаевича Волокитина, деревню Бахтино (Чуево тож) основал его дальний предок Волокитин, носивший уличную фамилию Чуев. Отсюда и название поселения.

Естественно, семейное предание требовало документального подтверждения. К счастью, в Государственном архиве Липецкой области сохранились метрические книги Покровского храма села Павловское (Скуратово), в который ездили переселенцы до открытия собственной церкви. И, что интересно, в одних записях крестным отцом младенцев значился Михаил Евдокимович Волокитин, в других — Михаил Евдокимович Чуев. Ситуация, что оба восприемника могли быть полными тезками, исключалась. В деревне Бахтина (Чуевка тож) согласно ревизским сказкам 1858 года жили только Волокитины. Следовательно, Чуевы — это уличная фамилия Волокитиных. Семейное предание моего коллеги подтвердилось.

Поясним: уличная фамилия в прошлом фигурировала не только в быту, но и в официальных документах, что было продиктовано необходимостью различать однофамильцев из других родов. А порой упоминалось в документах с той же целью и прозвище.

Таким образом, ответ на один вопрос был получен. Однако все еще оставалось неясным, почему переселенцы из-под Козлова основали на берегу озера Чистое (Бахтино) не одну, а две отдельных деревни.

Причем деревня Бахтина (Чуево тож) возникла значительно раньше, чем Пушкарские выселки и первоначально состояла из одного двора, в котором проживала семья зажиточного земледельца Волокитина (Чуева) — 7 человек.

А вот тайну двух Чуевок помогли раскрыть находки в архивных документах.

***Наша справка***
Кто такие однодворцы? Вот как разъясняет это понятие Толковый словарь С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведова за 1997 год: «В России в старое время: происходивший из служилых людей владелец небольшого (в один двор) земельного участка».
Обратимся также к более подробной справке Толкового словаря Владимира Даля за 1881 год: «Поселяне, считавшие себя дворянского рода и отчасти владевшие людьми; из дворянских детей и служилых, поселенцы в XVIII веке на украйне (границе); им даны некоторые права; их притон: Тамбовская, Воронежская и соседние губернии».

НА ЗАЩИТУ ЮЖНЫХ РУБЕЖЕЙ

Известно, что Козлов был основан по Указу царя Михаила Федоровича Романова 5 сентября 1635 года как укрепленный пункт — для защиты южных рубежей Русского государства. Расположение Воронежа не закрывало все уязвимые направления. Открытым оставался участок между реками Воронеж и Цна, включавший районы Данкова, Ряжска и Шацка. Особенно опасным считалось направление через реку Воронеж в районе Урляпова брода, которое вело на Рязанщину. Поэтому вслед за основанием Козлова началось сооружение фортификационной линии протяженностью 90 километров, являвшейся частью Белгородской укрепленной черты.

В гарнизон Козлова планировалось набрать 300 казаков и 200 стрельцов, но к 1637 году в городе насчитывалось уже 1056 служилых людей, а к 1651 году — около 3500.

Первоначально было привлечено 50 стрельцов из Переславля Рязанского, по 50 казаков — из Михайлова, Пронска, Сапожка, Шацка, 80 — из Ряжска (все эти города были расположены в тот период на Рязанщине), 80 стрельцов и казаков — из Воронежа, по 50 — из Лебедяни и Ельца.

Увеличивался гарнизон за счет добровольной записи на военную службу детей боярских, стрельцов, казаков, которые в Смутное время разорились, оказались за чертой бедности и вынуждены были трудиться простыми крестьянами у помещиков. Военная служба в Козлове давала им возможность получить собственный земельный надел и поправить материальное положение.

Спустя некоторое время в гарнизон были добавлены пушкари. В необходимости такого шага убедил успешный опыт применения артиллерии при отражении осады татарами Белгорода.

В Указе от 5 сентября 1635 года пушкари среди служилых людей Козлова не упоминались, но к 1651 году их числилось уже 17. Все — с Рязанщины. Первые 8 человек прибыли из Переславля Рязанского, Ряжска, Сапожка. Дополнительный набор осуществлялся в рязанском городе Пронске.

С собой пушкарям предписывалось иметь лошадь с телегой для перевозки орудий и боеприпасов, личное оружие (топор и рогатину), запас пороха и свинца, продовольствие на 6 недель. Все это приобреталось за свой счет.

Пушкари не только обслуживали орудия, но и ремонтировали их, изготавливали порох, фитили, участвовали в выполнении полицейских задач.

В дальнейшем служилые люди обеспечивали себя продовольствием, получив земельные наделы в пригородных полях.

Как видим, подавляющая часть первоначального гарнизона Козлова, и казаки, и стрельцы, и пушкари — с Рязанщины. Остальные — из-под Воронежа, Лебедяни и Ельца.

С ОГЛЯДКОЙ НА САКРАЛЬНЫЕ ОБРЯДЫ

На Рязанщине довольно часто встречалась как фамилия Волокитин, так и имя Волокита, потомки которого стали Волокитиными. Об этом имени — немного подробнее.

Несмотря на то, что население было почти поголовно православным, родители, как правило, не ограничивались одним именем, которое давал младенцу при крещении священник, а нарекали малыша вторым — некалендарным или прозвищным, чтобы сбить с толку злые нетелесные силы. Считалось, что те будут искать ребенка, крещенного, скажем, с именем Иван, чтобы ему навредить, и ни за что не догадаются, что Волокита — это и есть Иван.

А часто своего рода именем становилось прозвище, полученное уже в отроческом или даже взрослом возрасте.

Имя и прозвище Волокита имеют несколько версий происхождения. Среди них — происхождение от термина «волок». Так называлось в старину место наибольшего сближения двух рек. Именно на этом участке ладьи и струги перетаскивали на катках из одной реки в другую, в частности, на Рязанщине из Прони в Дон, который служил главной транспортной артерией, соединявшей регион с территорией донских казаков и другими районами. Хороших дорог в те времена не существовало, и перевозили товары в основном по рекам.

Напоминанием о существовании волока на Рязанщине является название деревни Волокитинская. Более известный пример — центр Волоколамского округа Московской области — город Волоколамск.
Однако специалисты по антропонимике (науке о фамилиях) обратили внимание и на такой факт. Волокитой часто нарекали человека, к волокам никакого отношения не имевшего. А порой в том месте и не существовало волоков. Например, в архивных документах разных времен упоминаются проживавший на Ясенском погосте холоп Волокита, новгородский подьячий Истома Васильев сын Волокитин, рязанский помещик Волокита Григорьев сын Крюкова.

Накоплена масса материалов по поводу происхождения названного имени. Причем данная тема интересует не только серьезных ученых, но и простых краеведов. Порой в среде последних возникают довольно нелепые версии. Согласно одной Волокитой называли якобы человека, который затягивал дело, согласно другой — любителя волочиться за женщинами. Ученые эти версии опровергают. Названные толкования слова «волокита» относятся к позднему периоду его употребления, когда смысл термина трансформировался. В суровых реалиях старины было не до того, чтобы за кем-то приударять.

По мнению самих ученых, Волокитой могли наречь в старину беднягу-скитальца. А еще того, кто волочил по полю борону.

Во времена, когда язычество еще не было побеждено, борона являлась сакральным орудием, использование которого было связано с ритуалами и поверьями. С ней обходили село, чтобы защитить его от зла и нечисти, от порчи и болезней. Сквозь ее зубья, по поверьям, можно было увидеть ведьм и домовых.

А еще она являлась непременным атрибутом в обрядах плодородия. Перед севом яровых на ней провозили по полю девушку-«веснянку», что символизировало приход весны и гарантировало, по убеждению наших предков, плодородие, так как борона (мужское начало) соединялась с землей (женское начало).

Борона использовалась в обрядах, призванных повысить привлекательность девушек и их шансы выйти замуж. А неудачливому жениху предлагалось прокатиться на бороне, чтобы стать удачливее.
Словом, Волокитой могли назвать того, кто выполнял ритуальное волочение бороны в обрядах. Такой полной предрассудков была жизнь наших предков 400 лет назад. Церковь всеми силами боролась с остатками язычества, но искоренение их шло туго.

СОГЛАСНО РЕВИЗСКИМ СКАЗКАМ

Но вернемся в Козлов и поищем в архивных документах предков основателей Чуевки.

В ревизских сказках 1744 года Пушкарской слободы города Козлова — хорошо знакомые чуевские фамилии: Буданцевы, Абакумовы, Иноземцевы, Горбачевы, Селезневы, Назаровы… Именно они появятся позже в списках обитателей деревни Пушкарская (Чуево тож). Но… Волокитиных нет.

На всякий случай решил посмотреть, кто населял другие слободы. И…сразу две семьи Волокитиных обнаружились в Заворонежской слободе. А она считалась… казацкой.

Ныне Заворонежская слобода — это село Заворонежское. На сайте Всероссийского генеалогического древа отмечается, что основана она в 1636 году… казаками гетмана Фомина. Располагалась в двух верстах от Козлова при реках Лесной Воронеж и Серебрянка. От названия первой реки и получила свое наименование. Выходит, предки моего коллеги Волокитина — казаки?

Но откуда они прибыли? На том же сайте опубликованы воспоминания потомка одного из первопоселенцев журналиста Виктора Константиновича Кострикина. О казачьих корнях своего отца и всего фамильного корня Кострикиных Виктор Константинович был осведомлен с младенческой поры. Со ссылкой на своего родителя уверяет, что предки — с Дона.

А еще В.К. Кострикин приводит такой случай. Когда летом 1919 года казаки-донцы прорвали линию фронта, пошли громить тылы красных и ворвались в Козлов (видимо, речь идет о знаменитом рейде Мамонтова), обитателей Заворонежской слободы они не тронули. Приняли за своих.

Признаюсь, вначале я поверил этому семейному преданию. И даже нашел фамилию Волокитин в списках расположенной на Дону станице Луганской. Дальнейшие поиски дали более серьезное документальное подтверждение. И тут ждал сюрприз. Во-первых, станица Луганская появилась позже основания Козлова. А во-вторых, Заворонежская слобода была создана… украинскими казаками. Об этом говорится на сайте Тамбовград.ру.

Кстати, термин «гетман» — из украинского лексикона. Гетманами являлись на Украине высшие военачальники, в частности, Богдан Хмельницкий, Иван Выговский и другие. Естественно, если и был гетман Фомин, что еще надо доказать, то оказавшийся в Заворонежской слободе украинский полк всего лишь входил в систему подчиненных ему воинских подразделений. Фамилия же Волокитин — явно не украинская, что подтверждено исследованиями антропонимистов.

Но если предки моего коллеги не с Украины, то откуда? Может быть, действительно, с Рязанщины? Большинство Волокитиных, которых я там нашел — либо из сословия детей боярских, либо помещики, получившие землю в качестве вознаграждения за воинскую службу в чине детей боярских. А дети боярские, как уже говорилось, входили в число тех, кто пополнял гарнизон Козлова, записываясь на военную службу.

Объяснение тому, почему они оказались не в Пушкарской слободе, а в Заворонежской, среди украинских казаков, напрашивается простое. У них попросту было мало общего с пушкарями. Населявшие Пушкарскую слободу Буданцевы, Горбачевы, Иноземцевы, Селезневы — фамилии не рязанские. Кроме того, пушкари стояли на социальной лестнице ниже детей боярских. Еще существеннее другое. У предков моего коллеги имелся материальный интерес записаться не в пушкари, а в казаки, и пополнить контингент Заворонежской слободы.

Наделы казакам выделялись гораздо больших размеров, чем пушкарям и стрельцам. Сторожевые казаки получали по 50 четей пашни, полковые — по 25, а стрельцы — всего по 8-10 четей, пушкари и того меньше — по 6 четей (одна четь — примерно 0,55 гектара).

ВЫХОДИТ — КАЗАКИ!

Оставалось выяснить, действительно ли Волокитины записались в казаки или несли в Заворонежской слободе службу в другом социальном статусе?

Новым источником информации стали материалы, опубликованные на сайте Всероссийского генеалогического древа краеведом Ольгой Хмелевской. Ознакомившись с архивными документами (РГАДА.Ф.350. Оп.2. Д.238. ЛЛ.1-1016), она привела списки служилых людей, проживавших в 1720-1721 годах в Козлове и его пригородах. В Заворонежской слободе числились Фома Волокитин и Иван большой Волокитин. Большой — прозвище, явно означающее высокий рост воина.

Однако принадлежность к сословной группе казаков в списке прямо ни у кого не указывалась. Против всех фамилий стояла пометка «городовой службы». Такая пометка имелась и рядом с фамилией Кострикиных, потомок которых там же на сайте, ссылаясь на семейное предание, утверждал, что его предки — казаки.

Казаки гарнизонной службы в те времена, действительно, существовали. И если казацкое происхождение Кострикиных, против фамилии которых стояла такая пометка, является достоверным фактом, то велика вероятность, что предки моего коллеги тоже были казаками.

В ревизских сказках Пушкарской слободы 1744 года фамилия Волокитина не упоминается.
Присутствует она только в населенной казаками Заворонежской слободе. То есть только из нее могли перебраться Волокитины к берегам озера Чистое (Бахтино). А по уличной фамилии первопоселенца, предка моего коллеги, и поселение стало именоваться Чуевкой.

Тайное стало явным. Из-под Козлова предки чуевцев прибыли из разных слобод: одна группа — из Пушкарской, другая — из Заворонежской.

Поэтому и переселялись в разное время. И образовали две разные деревни, которые впоследствии слились в одно село Чуевка, ставшее после частью Добринки.

От названия Чуевки в официальных документах сохранилось сегодня только наименование Чуевского пруда.

Вячеслав ИСКОРНЕВ.

26 лет назад закончилась Великая Отечественная война. В селах и деревнях жили сотни фронтовиков. Почти все, несмотря на полученные в боях увечья, трудились на производстве и в сельском хозяйстве. Еще кровоточили душевные раны у вдов, матерей и сирот, не дождавшихся своих близких с войны.

Люди помнили каждого погибшего земляка, поэтому открытие в селах памятников становилось настоящим событием. В 1971 году (первыми в районе) они появились в Добринке, Пушкино и Верхней Матренке.

9 Мая в райцентре собралось около семи тысяч человек. Колхозы и совхозы прислали своих делегатов — лучших тружеников. С алыми знаменами в руках участники шествия двинулись к привокзальной площади. Отдельной колонной шли ветераны с боевыми наградами на груди. Впереди, с факелом, зажженным от Вечного огня на площади Героев в Липецке, шагал Герой Советского Союза из Ровенки Федор Тихонович Чирков.

Деревья в привокзальном сквере были усыпаны вездесущими ребятишками, в распахнутых настежь окнах вокзала тоже теснилась детвора.

У памятника, скрытого под белым полотном, замер почетный караул: ветераны В.И. Трунаев, С.Н. Назаркин, В.С. Зубков, С.Г. Полстянов.

Раздался сигнал трубы. Голоса над площадью стихают. Открыл митинг председатель исполкома районного Совета депутатов трудящихся И.П. Берлев, который передал слово военкому И.С. Ступину, секретарю райкома комсомола А.А. Болдыреву, первому секретарю райкома КПСС В.В. Донских. От ветеранов выступил Павел Петрович Воробьев — летчик, воевавший вместе с французской эскадрилью «Нормандия-Неман». Свою речь он закончил словами:

— Будьте достойны памяти павших, товарищи!

Затем добринцы почтили павших минутой молчания.

Первый секретарь райкома партии В.В. Донских открыл памятник и зажег Вечный огонь от факела, переданного Героем Советского Союза Ф.Т. Чирковым.

Белое покрывало упало, и люди увидели скульптурную группу: воины и склоненная в глубокой скорби мать. Грянул троекратный залп — солдаты салютовали павшим.

Замуровать списки погибших воинов Добринского района доверили фронтовикам: кавалеру орденов Славы трех степеней С.Н. Назаркину, директору совхоза «Добринский» С.Г. Полстянову, служащей М.Ф. Заичкиной, председателю колхоза им. Карла Маркса В.С. Зубкову, Герою Соцтруда А.Н. Лупенко. Под траурную мелодию списки опустили в нишу. Рядом школьники положили гильзу со священной землей, привезенной с Мамаева кургана.

Митинг завершился возложением венков.

Трибуна из автомобильных бортов опустела, покинул площадь духовой оркестр. Но народ долго еще стоял возле памятника…

Интересный факт. Во время митинга через станцию Добринка проходил пассажирский поезд на Москву. Во время короткой остановки проезжающие услышали оркестр, увидели открытие мемориала и уговорили руководство поезда и станции ненадолго задержать отправление состава. Пассажиры вышли на площадь, чтобы отдать дань уважения павшим. Те четыре минуты задержки поезда запомнились и проезжим, и добринцам навсегда.

МЕСТО ПАМЯТИ

А 22 июня 1971 года у памятника впервые прошел митинг, посвященный годовщине начала Великой Отечественной войны. Со всех улиц Добринки колоннами, группами и в одиночку шли на привокзальную площадь люди. Многие пожилые женщины были в траурной черной одежде. Они шли к мемориалу — общему для всех добринцев месту памяти, чтобы выразить скорбь о всех не пришедших с войны.

С тех пор каждый год не только в День Победы, но и в трагическую для нашего народа дату 22 июня у монумента проводятся мероприятия в память о погибших.

Памятник на привокзальной площади стал особенным местом для всех нас. Здесь в советские годы повязывали красные галстуки пионерам.Молодожены в день бракосочетания приносят к монументу цветы в знак благодарности погибшим за мирную жизнь. Приходят поклониться героям призывники — завтрашние солдаты.

АЛЛЕЯ ГЕРОЕВ

8 мая 2000 года, в 55-ю годовщину Великой Победы, на привокзальной площади райцентра торжественно открыли Аллею Героев. Первоначально было установлено девять бюстов Героев Советского Союза и полных кавалеров ордена Славы: Нестерова Степана Кузьмича, Калинина Ивана Андреевича, Григорова Ивана Алексеевича, Макаренкова Ивана Михайловича, Путилина Василия Сергеевича, Чиркова Федора Тихоновича, Назаркина Сергея Николаевича, Дрикаловича Николая Николаевича, Цыганова Дмитрия Арсентьевича.

В 2015 году в этом ряду был увековечен еще один Герой Добринской земли из с. Новочеркутино — полный кавалер ордена Славы Алексей Иванович Цаплин.

КАК БЫЛО РАНЬШЕ?

День Победы на государственном уровне с официальным выходным стали праздновать в 1965 году — в двадцатую годовщину окончания Великой Отечественной войны. До этого, конечно же, праздник отмечали, но не так масштабно. О том, как это было в Добринке, мы узнали из подшивки районной газеты за те далекие годы.

1958 год

Добринцы торжественно отметили День Победы в районном Доме культуры и Чуевской средней школе. Работники военкомата сделали доклады об исторической победе Советской Армии над гитлеровскими полчищами.
Потом в Доме культуры демонстрировался кинофильм «Звезда», а в Чуевской средней школе выступали физкультурники со сложной и интересной программой.

1964 год

В районном ДК состоялось торжественное заседание, посвященное Дню Победы. Попасть на него можно было по пригласительным билетам, распространявшимся в трудовых коллективах. С докладом о девятнадцатой годовщине исторической Победы выступил райвоенком т. Ступин. Он отметил, что свыше двух тысяч добринцев — участников Великой Отечественной войны за ратные подвиги были награждены орденами и медалями.

Участники торжественного заседания посмотрели кинофильм «Суд народов» о Нюрнбергском процессе.

1965 год

В канун Дня Победы в Добринке открыли памятник борцу за советскую власть, нашему земляку Василию Григорьевичу Мжачеву, который погиб от рук бандитов в 1925 году.
В дальнейшем, пока не появится памятник павшим в годы войны землякам, добринцы 9 Мая будут приносить сюда венки в честь Дня Победы.

Ну и, конечно, ключевым событием торжеств было шествие колонны демонстрантов и возложение венков на братскую могилу летчиков, похороненных на Чуевском кладбище.

1970 год

Вечером, 8 мая, после торжеств в районном Доме культуры, на площади им. Ленина собрались учащиеся обеих школ, молодежь предприятий и учреждений райцентра. На трибуне — ветераны войны и труда, члены ВЛКСМ.

— Вам, бесстрашные! Вам, бессмертные! Вам, герои, посвящается! — так начал митинг комсомолец В. Агеев.

Затем в наступившей тишине прозвучали слова клятвы верности современной молодежи комсомольцам военных лет, отдавшим жизнь за свободу народа.

Выступила учительница Добринской средней школы №1 Р.Н. Дурова, которая в 1943 году 17-летней девчонкой вместе с группой сверстниц добровольно ушла на фронт и вернулась домой только в сорок пятом.

Прозвучала команда зажечь факелы. В ту же минуту в руках школьников вспыхнули несколько сотен факелов, а в небо взвились красные и зеленые ракеты. Торжественная процессия направилась по центральной улице имени Горького к месту, где заложен памятник героям-добринцам, погибшим в 1941-1945 годах. Здесь комсомолец Сергей Сысоев из второй Добринской школы прочел «Реквием» Роберта Рождественского (кстати, это еще одна традиция митингов 8 мая у памятника погибшим, только теперь эти берущие за душу стихи звучат в записи). Митинг завершился возложением гирлянды Славы к подножию будущего памятника. В дальнейшем это также станет обязательным моментом шествия 8 мая.

ДОБРИНКА ВОЕННОЙ ПОРЫ

Теперь уже никто не ответит на вопрос, почему для памятника погибшим воинам-землякам выбрали именно привокзальную площадь. Однако время показало, что место это оказалось очень удачным. Тем более что благодаря железнодорожной станции о поселке Добринка известно далеко за его пределами. С этим местом связано множество событий и человеческих судеб.

Осенью 1942 года через станцию Добринка один за другим шли воинские эшелоны — страна готовилась дать отпор врагу под Сталинградом. Старейший железнодорожник станции А.С. Фоминцев был одним из тех, кто организовал тогда не только четкий прием и отправку транзитных эшелонов, но и сумел обеспечить отправку составов со снаряжением и продовольствием.

Еще до войны он стал инициатором метода безотцепной погрузки и выгрузки сборных грузов. Этот способ очень пригодился в военное время.

Алексей Сергеевич Фоминцев, проработавший на стальных магистралях более сорока лет, имел в трудовой книжке такую запись: «За хорошую организацию работы, за пропуск без задержки воинских эшелонов объявить благодарность ответственному дежурному по станции Добринка Фоминцеву А.С.». А в 1943 году он получил медаль «За трудовое отличие».

— Ведь каждая лишняя минута простоя состава в ту пору могла стоить жизни многим нашим солдатам на фронте,— вспоминал А.С. Фоминцев.

МАЛЬЧИШКИ ВОЕННЫХ ЛЕТ

У добринской детворы военных лет, особенно у тех, кто жил неподалеку от вокзала, были свои, совсем не безопасные, развлечения.

Вспоминает учитель-ветеран Вячеслав Иванович Мальцев:

«Мы часто прибегали на вокзал встречать военные эшелоны. Бойцы угощали нас хлебом, сахаром, консервами. Особое внимание привлекали платформы с подбитой военной техникой. Мы забирались в покореженные снарядами танки. Часовые нам это не разрешали, но мальчишки — народ пронырливый. Находили патроны, запалы к гранатам, штыки…».

Слова Вячеслава Ивановича подтверждает наш земляк Владислав Константинович Киселев. Детство и юность будущего заместителя министра рыбного хозяйства СССР прошли в Добринке военной поры. Вот как он вспоминает те годы.

«Добринка военных лет… Надрывный воющий звук немецких самолетов… Зенитные четырехствольные установки… Устремленные в небо струи трассирующих пуль… Танки на открытых платформах эшелонов, останавливающихся на нашей станции. Мы, мальчишки, забирались на платформы, залезали в танки. В этих машинах, направляющихся на ремонт, можно было найти много интересного: гильзы, патроны, а то и пистолет.

Как и все школы, Чуевская средняя, где я учился, начала занятия только 27 октября 1941 года. Это было вызвано тем, что большинство учеников и учителей находились на полевых работах. Но учились дети старательно и успешно наверстывали пропущенные дни. Учителя связывали программный материал с суровой реальностью. Они воспитывали в детях патриотизм и ненависть к немецким оккупантам.

Одно время в школе размещался госпиталь. Чтобы скрасить время лечения раненых, мы показывали им концерты.

Когда фронт подошел близко к Добринке, в нашем классе на втором этаже проломили стену. Слева от классной доски сделали амбразуру для пулемета — именно с этой стороны ожидали появление врага. Пока пулемет не установили, мы, слушая учителя, смотрели через амбразуру на падающий снег. К счастью, пулемет не потребовался. Немцев остановили в нескольких десятках километров от Добринки…».

«МИЛЫЕ ЖИТЕЛИ ПОСЕЛКА ДОБРИНКА!»

Возможно, В. Мальцев и В. Киселев были среди тех ребят, о которых написал в своих воспоминаниях Мансур Гизатулович Абдулин — сержант 66-й гвардейской стрелковой дивизии, автор мемуаров «160 страниц из солдатского дневника».

Его дивизия после Сталинградской битвы в железнодорожных эшелонах следовала в сторону Курской области. Три дня состав стоял в Добринке. Вот как Мансур Абдулин рассказывал в своей книге об этом коротком эпизоде мирной жизни между боями.

«Запомнил в Липецкой области одну милую железнодорожную станцию, где наш эшелон простоял несколько дней. Эта станция и поселок при ней называются Добринка. Название вызывало у нас особое чувство интереса к жителям. Особенно мы подружились с детьми. Детей мы кормили из своей кухни.

Несмотря на трудное материальное положение, в поселке царило праздничное настроение, и все были уверены в скором окончании войны. Старики и женщины старались угощать нас чем могли, и, главное, мы чувствовали их любовь к нам, нашей армии. Была весна, когда особенно не хватало еды, и мы тоже делились своим небогатым пайком с добринскими жителями. По кусочку хлеба или сухарика выкраивали для них. Дети хлеб не ели, а сосали, как лакомство, чтоб продлить удовольствие…

Собаки, коровы, запах навоза, цветы на окнах — все было таким дорогим, таким нужным.
Прости мне, читатель, если описание нескольких дней в Добринке создало впечатление излишней умиленности. Прими во внимание, что как грязное, завшивленное тело потребовало после Сталинградской битвы горячей воды и чистой одежды, так мозг в те дни, чтобы сохранить равновесие, искал резко противоположных впечатлений, а именно: впечатлений добра и человечности. Шел необходимый процесс восстановления души. Ибо, по моему глубокому убеждению, воевать со злом должны только добрые люди.

Милые жители поселка Добринка! Спасибо вам за те весенние дни 1943 года, когда мы после ужасов Сталинградской битвы стояли эшелонами у вас!..».

ПОМОГАЛИ ФРОНТУ

Газета «Известия» в номере от 13 августа 1941 года писала: «Среди железнодорожников и домохозяек маленькой станции Добринка Юго-Восточной железной дороги установился хороший обычай еженедельно посылать несколько посылок с подарками бойцам доблестной Красной Армии.

Инициатором этого дела явился престарелый пенсионер И.В. Черногоров, 53 года работавший на ст. Добринка ночным сторожем. На приобретение подарков он отдал часть своей июльской пенсии».

Напомним, Иван Васильевич Черногоров в 1889 году работал вместе с М. Горьким сторожем на станции Добринка, опекал его. Их дружба сохранилась на всю жизнь. Горький пару раз навещал своего приятеля в Добринке, помогал ему материально.

И.В. Черногоров не дожил до Победы, умер в 1941 году в преклонном возрасте.

О доброте и самоотверженности земляков рассказывала старейшая жительница п. Добринка А. Логунова. Ее воспоминания есть в сборнике «Поклонимся великим тем годам».

«В начале войны я работала на хлебопекарне. Здесь мы выпекали хлеб, сушили сухари, затаривали их в мешки и отправляли на фронт.

В октябре 1941 года в Чуевской школе развернулся госпиталь, и я устроилась туда. Раненых поступало много. В основном доставляли обмороженных бойцов и офицеров (в 1941 году была суровая зима). Мы старались облегчить их страдания как могли. Селяне приходили в госпиталь, читали бойцам газеты, выступали с концертами, заводили патефон.

Было трудно. Работали без выходных. Но никто не жаловался. Все понимали: война…».

И ПРИШЛА ПОБЕДА

И вот она пришла — долгожданная Победа!

Это время хорошо помнит Татьяна Ивановна Асламова, тогда еще девочка-подросток.

— Жили все в первые послевоенные годы очень-очень бедно. Мой дед Александр Андреевич Пальмов круглый год носил бессменную застиранную гимнастерку, солдатские галифе и огромные литые калоши на босую ногу. Другие фронтовики тоже не скоро расстались с солдатской одеждой. Но люди не были разобщены, всегда старались помочь тем, кому жилось совсем тяжело.

По выходным дням мы с бабушкой Марией Степановной Буданцевой, добрейшей души человеком, ходили на рынок (он располагался на месте нынешнего лицея). У входа, по обеим сторонам сидели десятка полтора покалеченных войной инвалидов (без рук, ног, слепых). Перед ними стояли железные котелки. Денег у людей тогда не было и в них клали горбушку хлеба, яичко, насыпали в протянутую ладонь щепоть табака. Бабушка тоже для этого случая всегда держала при себе яйцо от нашей единственной сохранившейся в хозяйстве курочки.

И все-таки жизнь налаживалась. Молодость брала свое. Через год после Победы все еще возвращались из армии фронтовики. Наши добринские девчата (кто помоднее — в сшитых из марли и подкрашенных платьях) ходили на вокзал встречать вечерний поезд из Москвы с демобилизованными бойцами. Это были уже не теплушки, а пассажирские вагоны.

Если остановка затягивалась — заводились знакомства, парни и девчата обменивались адресами…
Все пережили, выдержали наши люди. Вернулись к мирной жизни, не ожесточившись сердцем. Вчерашние фронтовики восстанавливали разрушенное в годы войны хозяйство, растили детей и никогда не жаловались на трудности. Много повидавшие в своей жизни, они совсем по-другому смотрели на нее.

ПОЕЗД ПАМЯТИ

В советское время у добринцев была добрая традиция — ездить по местам боевой славы, в города-герои. На их организацию из районного бюджета, а также от колхозов, совхозов и предприятий выделялись немалые средства.

Многим запомнилась февральская поездка 1971 года. Тогда добринцам предоставили туристический поезд «Липчанин» — 15 вагонов! В нём отправились в город-герой Волгоград участники Сталинградской битвы, ветераны труда, молодые передовики.

Особенно дорога была эта поездка тем, кто сам сражался за Сталинград. Таким был В.А. Кунов — в мирной жизни электросварщик колхоза «Дружба», а в сорок втором — механик-водитель танка. Он своими глазами видел ту самую землю, изрытую воронками от бомб и снарядов.

Рядом с ним, вспоминая прошлое, ехал его односельчанин Я.П. Тонких, бывший политработник. На его груди — семь боевых наград, среди которых медаль «За оборону Сталинграда».

Было что вспомнить в эти дни Н.Ф. Дробышеву из совхоза «Петровский», В.И. Трунаеву из Добринки, В.Т. Скоморохову из колхоза им. Димитрова, В.И. Крутских из колхоза им. Фрунзе и другим защитникам Сталинграда. А их живые рассказы дополнили слова экскурсоводов.

И сегодня уже внуки и правнуки тех фронтовиков хранят память о Великой Отечественной войне. Посещают города, овеянные воинской славой, собирают родословные своих предков, защищавших Отечество, идут с их портретами в строю «Бессмертного полка», подтверждая ставшие крылатыми слова из стихотворения Ольги Берггольц: «Никто не забыт и ничто не забыто».

***

20590 добринцев были призваны в действующую армию. Многие пошли на фронт добровольцами. Добринцы являлись основной частью личного состава 315-го стрелкового полка, входившего в состав 19-й Воронежско-Шумлинской краснознаменной, орденов Суворова и Трудового Красного Знамени стрелковой дивизии. Этот полк мужественно воевал с фашистами и нанес ощутимый урон противнику, а под Ельней прославился беспримерной отвагой.
7498 уроженцев нашего района пали на полях сражений. Среди вернувшихся в родные места фронтовиков 1530 человек были искалеченными войной инвалидами.

Родился отец в 1896 году в с. Чуевка. Буданцевы — потомственные кузнецы. Семьи были большие, по 6-8 человек детей, а хатки маленькие, соломой крытые.

В 1914 г. мой папа был призван в армию и, имея специальность кузнеца, служил оружейником. В 1918 г. отец служил в Красной Армии в г. Тамбове — кавалеристом.

В 1920 г. демобилизовался и приехал домой вместе с женой Антониной Ивановной.

Незадолго до его возвращения в один и тот же день умерли от тифа его отец и мать — Буданцевы Михаил Егорович и Надежда Константиновна. Жить в отцовской хате, где и так было 9 детей, не было возможности, и они сняли квартиру.

Отец в конце села построил кузницу и стал в ней работать — зарабатывать себе на дом. Мама моя была первоклассной портнихой и этим зарабатывала на жизнь.

В 1922 году у них родилась дочь Антонина, а в 1924 — сын Николай, а 1926 — дочь Надежда.
Когда отец заработал 300 пудов хлеба и продал их, то на эти деньги купил сруб за 15 км от Чуевки, в д. Киньшино.

Перевозил его во время весеннего половодья. Сильно простыл. Заболел и получил осложнение на сердце. И вот с таким здоровьем в 1924 году построил дом рядом с кузницей.

В 1930 году наша семья считалась «единоличной». В хозяйстве имели корову, лошадь, коз, птицу, огород. Во время коллективизации отец вступил в колхоз «Новый быт», сдал туда лошадь и инвентарь из кузницы. Когда в Добринском районе организовали МТС машинно-тракторную станцию), отец перешел работать туда и трудился там всю свою жизнь. но с колхозом не расставался. Как подросли дети, вместе с отцом помогали колхозу на току, в прополке свеклы и проса.
Отец был трезвым, очень трудолюбивым, активным и энергичным человеком. Избирался он председателем колхоза и председателем

профсоюза. Часто приводил в дом беспризорников, а мама кормила их и обшивала. Перед войной отца сильно беспокоило сердце, и от профсоюза МТС ему дали путевку в 1936 году на Липецкий курорт, а в июле 1941 года он должен был ехать в Анапу. Но подлечиться отец не успел. Фашистская Германия объявила нашей Родине войну. И он, не долечившись, приехал домой.

По состоянию здоровья отец уже не мог работать в кузнице и устроился инспектором в Добринский райсобес.

Летом 1941 года я приехала на каникулы домой (окончила 1 курс Лесохозяйственного института в г. Воронеже). Все лето с другими студентами работала на колхозных полях. И вот 25 августа я приготовила чемодан, чтобы возвращаться на учебу, а в 2 часа ночи из райвоенкомата отцу принесли повестку на фронт. Пришлось мне остаться дома с матерью и сестрой.

Я работала в райсобесе, а младшая Надежда — на торфоразработках. Ездила она на заработки в Грузию — собирала виноград. Брат Николай еще до войны учился в г. Усмани в ремесленном училище. А как началась война, их, подростков, эвакуировали в г. Челябинск работать на военном заводе.

Письмо от отца мы получили из Озинок Саратовской области, где находилась их часть. Позже их направили под Ленинград, на Волховский фронт.

Пришлось отцу повоевать на 1 и 2 Украинских фронтах, освобождать от гитлеровцев Правобережную Украину. В ходе Корсунь-Шевченковской операции был контужен. За участие в этом сражении его наградили орденом Красной Звезды.

После лечения отца направили в воинскую часть, которая располагалась на станции Казинка Грязинского района. До конца войны в звании сержанта он служил в ней оружейником. А 20 августа 1945 года был демобилизован и вернулся домой с медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

Приехал к «разбитому корыту». Во время войны мы жили в Добринке. Мама все время болела и в колхозе работать не могла. Подрабатывала шитьем. За время войны она продала корову за мешок ржи. Нам приходилось питаться лебедой и собирать колоски на колхозных полях.

И вот отец со слабым здоровьем поступил в соседний колхоз кузнецом. Через некоторое время колхоз выделил ему телочку и заплатил за работу хлебом. Так постепенно наша семья налаживала свою жизнь.

В сентябре 1952 года отца не стало. Умер он совсем молодым, в возрасте 56 лет. После этого мама перебралась к брату в Липецк, где и прожила до самой смерти в 1979 году в возрасте 84 лет.
Жизнь наша, его детей, сложилась по-разному. Я окончила Ростовский библиотечный техникум и проработала в Добринской библиотеке 25 лет, а вот сестра Надежда и брат Николай переехали жить в г. Липецк и проработали до пенсии на тракторном заводе.

Записано со слов дочери Ерохиной Антонины Дмитриевны в 2005 году.

Девушке, которую звали Асей, шел двадцатый год. Это был ее второй заброс в тыл врага. Анастасия Александровна Тонких родилась в 1924 году в Падворских Выселках, известных более как Первое Мая. Девушки в годы Великой Отечественной войны в основном воевали летчицами, санитарами, связистками. Но некоторые были и радистками. И их часто забрасывали в тыл врага.

Третьего мая 1943 года считается временем начала ее службы в рядах Красной Армии. Ее и еще четыре девушки направили в Горьковскую школу младших радиоспециалистов. Здесь главным образом готовили радистов для армии, но и была учебная группа, специально предназначенная для заброски во вражеский тыл. Подчинялась она Главному разведывательному Управлению Генерального штаба. В эту группу и попала наша землячка со своими подругами из Воронежа. Быстро пролетело время учебы. Основной рацией был «Север» и ее называли за глаза «северок». Пять девушек-подружек были направлены в разные места службы. По пути заехали на станцию Народная, что ныне в Воронежской области, к матери Веры Орловой.

Сохранилась фотография девушек-радисток. К сожалению, мы не знаем, где на ней находится наша землячка. Анастасию Александровну направили в распоряжение разведотдела 1-го Украинского фронта. Дважды довелось ей в диверсионной группе разведчиков участвовать в рейдах по территории врага. Пришлось переносить тяготы разведчицы-радистки в глубоком тылу гитлеровцев.

А трудности были такими, что многие мужчины их не выдерживали. Приходилось спать на снегу и земле после долгих переходов. Идти сотни километров по болотам, дорогам, лесам в пургу и метель. Блуждать по горам. А на спине — рация в железной упаковке, автомат и боеприпасы к нему. «Север» давила на плечи и тянула назад. Приходилось на время рыть землянку, чтобы укрыться в ней. Иногда вступала и в стычки с немцами.

Но никогда она не унывала. Сведения, которая передавала в разведотдел фронта, были бесценными. И дважды она возвращалась из глубокого тыла врага. 11 июня 1945 года младший сержант Тонких была награждена медалью «За отвагу». В наградном листе отмечалось, что она «честно выполняла свой долг, мужественно держалась перед лицом опасности, поддерживала боевой дух товарищей…». Согласно документам Центрального архива Министерства обороны РФ наша землячка 6 апреля 1985 года, накануне сорокалетия Победы, была награждена орденом Отечественной войны I степени.

От ведущего. Хочется верить, что живы родственники Анастасии Александровны, которые могли бы дополнить наш рассказ о ней.

КРАСНЫЙ КАВАЛЕРИСТ

— Его ли рук дело мундиры Рокоссовского и Жукова на Параде Победы — теперь стопроцентно утверждать не могу, — рассказывает Сергей Николаевич, — но, что дед шил высокопоставленным
военачальникам, точно. Просто в юности всегда кажется: ещё об этом поговорим, успеем. Одно запомнилось, другое из памяти улетело, и спросить потом поточнее уже не у кого…

М.П. Подхалюзин родился в Мазейке в 1902-м году. До войны, на какую его призвали с самого начала, трудился в колхозе разнорабочим. В семье у них с Анной Семёновной было пятеро ребятишек, с трудом родителям удавалось их прокормить.

— И наш дед уезжал часто на заработки в другие места, — продолжает внук, — оттуда привозил хорошее сукно и из него зимой шил на заказ тулупы, зипуны и пиджаки. Одним словом, на верхней и зимней мужской одежде специализировался. Ну а если серьёзно, то шил одежду первой необходимости — ту, что требовалась крестьянам. И это ремесло давало возможность Подхалюзиным не умереть с голоду.

На фронте земляк воевал кавалеристом-сабельником в 9-м гвардейском кавалерийском Краснознамённом седлецком полку. Геройски воевал, поскольку награждён был двумя медалями «За отвагу» и другими наградами. Простой колхозник был единым целым со своим конём. Сельский мужик с детства прекрасно знал цену этому животному. Жалел его больше себя.

— Господь спас деда: ранен он не был ни разу, хотя рассказывал, как тяжело им, кавалеристам, было при обстрелах: надо не только самому спасаться, но и животину свою прятать. Попробуй, убеди коня, что надо пригнуться, притихнуть! Кони могли пройти там, где технике не всегда удавалось, зато и проблем с ними было больше, чем с техникой. К примеру, давали приказ идти тихо. И вдруг какая-нибудь лошадка голос подала, другая ей отозвалась, а по близости — немцы, они могли услышать и сорвать операцию.

Лошади пугались во время бомбёжки и, наоборот, безумно выскакивали из укрытия вместе с седоками, особенно когда те молодые и неопытные сами. Как правило, погибала лошадь — делил её участь и наездник. Также объяснить животному, что нет воды или еды и надо потерпеть, тоже нелегко… Одним словом, намучались на фронте и люди, и кони. М.П. Подхалюзин вспоминал, как однажды из-за бомбёжки и боёв полевая кухня давно задерживалась, а у них под обстрелом погибла лошадь, так он не растерялся и приготовил еды на весь эскадрон. За находчивость и заботу о бойцах земляк был представлен к награде.

В НАГРАДУ КОННИКУ — ШВЕЙНАЯ МАШИНКА

Конечно, за время войны все, кто воевал рядом, узнали, что бравый кавалерист из Мазейки ещё умеет хорошо шить. По этой же причине его задержали на службе после Дня Победы. Перед ним была поставлена серьёзная задача: шить мундиры к важнейшему событию — Параду Победы, который состоялся 24 июня 1945-го года. Домой земляк вернулся только в августе 1945-го. И с собой привёз подарок — немецкую швейную машинку «Зингер». Это тоже одна из его наград, которой командование наградило мастерового мужчину. Да и шить мундиры ему приказали начинать ещё в Германии. И, хоть и припозднился он домой, всё равно гордился тем, что такое дело выполнял. Столько людей нарядил на тот легендарный Парад Победы. Не участвовал лично, но будто и сам в строю прошагал со своим конём. Столько радости у всех! Победа!

Однако при всём том, что не ранен и такое дело для победителей сделал, судьбу Михаила Прокопьевича радостной не назовёшь. Все годы войны страшно переживал за детей. Письма с фронта писал, утешал их, как мог. Ведь сиротками остались. Младшие на пригляде у старших, да и тех в колхоз звали работать вместе с ровесниками. Все лиха в войну хватили. Маленькому Коле едва 2 годика исполнилось, когда их маму арестовали. Аннушку посадили в тюрьму за то, что с колхозного поля вздумала принести голодным ребятишкам свекольные очистки, чтоб сварить и накормить. Соседи донесли…Фронтовик вернулся, а жена после ещё два года в тюрьме сидела.

Отслужив, отец пуще прежнего стал работать и всего себя посвятил детям. Будто хотел наверстать упущенное за войну время, причём и за себя, и за жену. Старший их сын Михаил — тоже фронтовик, призвали в 1944-м. Он в войне с Японией успел поучаствовать, вернулся домой лишь в 1951-м.

Грудь была полна орденов и медалей. Второй сын Александр стал военным. Выйдя в отставку, офицер Подхалюзин возглавил Казинскую школу, где преподавал НВП. Третья дочь Мария трудилась поваром в военном городке, дочь Клавдия всю жизнь в торговле проработала, самый младший Николай стал водителем (отец моего собеседника).

В селе сразу фронтовику рассказали, кто «позавидовал» его жене. Так Михаил до последнего дня, пока ни уехал в город, ничего тем землякам не говорил, но и совсем не общался с ними: так горька была его отцовская обида за ребятишек.

ПОРТНЯЖНОЕ ДЕЛО ЖИВО

С.Н. Подхалюзин в детстве с дедом много времени проводил, считая его своим лучшим другом, и помнит прекрасно, как Михаил Прокопьевич любил лошадей. И, когда его вместе с супругой Анной дети из села забрали в город Липецк, ему уже под 70 было, только он не хотел сидеть без дела и устроился на элеватор, где ему доверили лошадь с повозкой. Сергей с дедом по улицам Липецка на телеге разъезжали. Хозяева дороги! Тогда такого количества машин не было. Мальчишки ему завидовали!

— Дед умер в 1972-м, похоронен в Липецке, бабушка его пережила на несколько лет. Дело его портняжное до сей поры живо. Мне строчить нравилось с детства, не раз наблюдал за вечно что-то шьющим дедом, — признаётся Сергей Николаевич, — портным профессиональным я не стал, но запросто себе и своим домашним любую одежду подошью, да и шторы с покрывалами «изготовлю», если надо. Видимо, гены деда в этом направлении действуют. Отец Николай тоже легко мог из плаща сделать куртку даже снохе, если ему не нравился низ её потрёпанной одежды. Сын мой Дмитрий — учитель труда по образованию, изучал швейное дело профессионально. Так что и он при желании что-то сошьёт. Другое дело, что сейчас, как во времена нашего Михаила Прокопьевича, такой жизненной надобности нет. Хотя я вот себе фартуки сшил, плотные, серьёзные. При сварочных работах они спасают мою одежду.

И самое интересное из всей этой истории то, что машинка, привезённая из Германии, до сей поры жива в этом семействе. Настоящий раритет. И работает! Живёт техника сейчас в Липецке, у внука фронтовика Виктора. Как и отец Михаил, обожала ещё шить его дочка Мария. Вместе с ней они любили распевать протяжные казачьи песни. У фронтовика был хороший голос, по воспоминаниям его близких. Кстати, и он тоже передался моему собеседнику, известному в районе музыканту и педагогу С.Н. Подхалюзину.

Вот и получается, что на самом деле в каждой семье — свой герой. У Подхалюзиных навыки и ценности, переданные от Михаила Прокопьевича детям, внукам и правнукам, продолжают жить, связывая поколения тонкой нитью памяти.

В ТЕМУ

В городе Липецке есть улица имени Доватора. Кто этот человек? Герой Советского Союза, генерал-майор Лев Михайлович Доватор (1903-1941 гг.) — легенда советской кавалерии, уроженец Витебской области из простой крестьянской семьи, в годы войны ставший грозой для фашистов. В августе 1941-го года командовал Оперативной кавалерийской группой 29-й армии, сформированной из 50-й и 53-й кавалерийских дивизий. Его конники в первые месяцы войны вместе с ним совершали дерзкие рейды во вражеский тыл на Смоленщине: громили штабы, рвали коммуникации — и исчезали раньше, чем противник успевал опомниться. В тяжёлые дни поражений эти успехи кавалеристов во главе с Львом Доватором стали мощным моральным подспорьем для всей Красной Армии. Сам прославленный командир не знал страха, всегда был впереди своих всадников. Он олицетворял собой лучшие качества воина, за его голову немецкое командование обещало крупное вознаграждение.

В сентябре-октябре 1941 г. группа Доватора участвовала в тяжёлых оборонительных боях на дальних подступах к Москве. В ноябре 1941 г. корпус Доватора вместе с гвардейской танковой бригадой генерала М.Е. Катукова и другими войсками 16-й армии вёл упорные оборонительные бои на Волоколамском направлении. Конники появлялись там, где враг меньше всего их ждал, кавалеристы прикрывали отход пехоты стремительными атаками — и снова растворялись в темноте. Слава о доваторцах и их легендарном командире разнеслась по всей стране.

19 декабря 1941 г., во время атаки на деревню Палашкино (Рузский район Московской области), генерал-майор Л.М. Доватор погиб. Он вновь лично вёл корпус в бой и в тот день осматривал позиции противника в бинокль, когда гитлеровцы открыли пулемётный огонь…

Посмертно ему присвоили звание Героя Советского Союза, Золотую Звезду и медаль «За оборону Москвы». Бесстрашие и любовь к Родине командира кавалеристов живёт в памяти благодарных потомков. В его честь названы улицы по всей стране, в том числе в Липецке.

О генерале Доваторе был также снят фильм «Легенда о белорусском казаке». И самый известный — «Битва за Москву», где роль генерала-кавалериста исполняет Лев Прыгунов. Прах Героя Льва Михайловича Доватора захоронен на Новодевичьем кладбище в столице в одной могиле с двумя другими прославленными Героями — лётчиком-асом, первым совершившим таран при защите Москвы, Виктором Васильевичем Талалихиным и генерал-майором Иваном Васильевичем Панфиловым, командиром Панфиловской дивизии.

НОВАЯ ЖИЗНЬ ОБЕЛИСКА

В этом году жители Тихвинского теротдела впервые за последние сорок с лишним лет будут встречать День Победы без традиционного возложения цветов к памятнику погибшим воинам-землякам. Монумент, построенный еще в 1983 году, нуждался в реконструкции и был демонтирован в начале апреля. Совсем скоро начнутся работы по возведению на этом же месте нового памятника.

Работы будут проводиться на средства, выделенные из бюджета области и Добринского округа. Открытие обновленного мемориала запланировано на сентябрь текущего года. От первоначального памятника решено оставить скульптуры мужчины-воина и женщины, в скорби склонивших головы перед памятью всех, кто не вернулся с полей сражений, медаль «Золотая Звезда» и орден Отечественной войны. Правда, они будут выполнены из другого, более качественного и долговечного материала. Изменится и сама композиция.

Списки с именами павших земляков будут значительно расширены. Вместо 200 с небольшим известных ранее имен их теперь будет 326. И не факт, что эта цифра окончательная. Ведь и сегодня, 81 год спустя после завершения Великой Отечественной войны, благодаря уточненным Книгам Памяти, открытым военным архивам и работе поисковых отрядов появляются ранее неизвестные сведения о погибших бойцах.

Поэтому еще на старых мемориальных плитах были внесены изменения по просьбе родственников, которые не увидели в скорбных списках имен своих близких. Теперь они будут дополнены и упорядочены.

ОНА ЖДАЛА ЕГО С ВОЙНЫ

Увековечить память каждого, кто ушел из Тихвинского сельсовета (а это 11 сел и деревень) защищать Родину и сложил свою голову на полях сражений, — задача не из легких. Слишком сильно разбросала их война по свету. О судьбе многих солдат Великой Отечественной до сих пор ничего неизвестно. Ушли в мир иной матери и вдовы, так и не узнавшие, где и как погибли их близкие. И до конца своих дней продолжавшие их ждать. Ждала своего мужа и Клавдия Яковлевна Чернышова из с. Боровское.

Наш корреспондент встретился с ней в 2014 году, когда старейшая жительница села отмечала столетний юбилей. Свои последние годы она доживала с семьей внучки Лидии Васильевны Калиничевой. Была полностью слепой. Говорила, что потеряла зрение от слез, которых за свою долгую жизнь пролила немало. Досталась ей горькая участь вдовы и матери, пережившей своих детей.

За своего ровесника Андрияна Ивановича Чернышова Клавдия вышла замуж в 1934 году и переехала к нему в с. Боровское из Тихвинки. У них родилось трое детей: две дочки и сын. Но недолгим было счастье. В июне 1943 года проводила мужа на фронт, а уже в октябре получила извещение, что он пропал без вести где-то под Воронежем, где тогда шли ожесточенные бои. Так в 29 лет Клавдия стала вдовой.

— Бабушка часто вспоминала, как тяжело было ей одной растить детей, — рассказывает ее внучка Лидия. — Но еще больше мучила неизвестность. Ведь формулировка «пропал без вести» еще не значит, что погиб. Нет-нет да и закрадывались в ее душу сомнения: вдруг он где-то живет… Может, даже другую семью завел… Но она старалась отгонять от себя такие мысли: ведь они со своим Андрияном жили хорошо, как говорят, душа в душу.

Замуж Клавдия больше так и не вышла. Жизнь была тяжелая. Еще одним ударом стала смерть 21-летней дочери Анны.

— Бабушка все глаза выплакала от горя, — продолжает Л.В. Калиничева. — Потом перестала видеть. Больше двадцати лет жила в полной темноте. Сначала за ней ухаживала моя мама Раиса Андрияновна. А потом, когда она сама заболела и ее забрала к себе моя сестра, бабушка переехала ко мне. Принесла с собой портрет деда — его единственное, еще довоенное фото. На нем он в годы службы в армии: молодой, красивый. Таким и остался навсегда. А вот бабушка прожила долгую жизнь. До последнего ждала весточки от своего Андрияна. Не дождалась. Умерла в возрасте 103-х лет, в апреле 2017 года.

С ГОДАМИ БОЛЬ НЕ УТИХАЕТ

У старейшей жительницы Большой Плавицы Екатерины Егоровны Коноваловой (в девичестве Жолтикова), отметившей в этом году столетний юбилей, своя семейная трагедия, связанная с войной.

Она родилась в 1926 году и хорошо помнит своего брата Сергея, который был старше ее на три года. Веселый, лучший балалаечник на селе, без него не проходил ни один деревенский «пятачок». Он ушел на фронт в 1942 году 19-летним парнишкой. Екатерина Егоровна рассказывает, как ее мама Пелагея Прокофьевна ездила к сыну в учебку с гостинцем — мешочком сушеных сухарей.

Вскоре Сергея отправили на передовую. Эшелон проходил мимо станции Плавица и у него было время забежать к дальней родственнице тете Лизе, передать через нее весточку родным: «Нас везут на фронт».

Всего одно письмо и получили родные от Сергея. Он воевал на Волховском фронте. Писал накануне Пасхи, что «разговляются» немецкими пулями. И еще сообщал, что вместе с ним воюет земляк из Павловки Илья Савин. Мол, если что случится, он про меня вам напишет. Не написал, возможно, тоже погиб, как и пропавший без вести Сергей Жолтиков.

— И хотя нас у мамы еще трое оставалось (я и двое младших братьев), она сильно убивалась по старшему сыну, — вспоминает Екатерина Егоровна. — Бывало, бабы в поле сядут отдохнуть, песню заиграют. А мама отойдет в сторонку от них, ляжет на землю лицом вниз и досыта накричится по нашему Сереже.

До самой своей смерти безутешная мать тяжело переживала это горе, которое с годами не становилось меньше. Помогала детям растить внуков, но ни на минуту не забывала о своем старшеньком.

Самая большая печаль семьи, что никакого документального подтверждения того, что их Сергей воевал и погиб у них нет. Словно и не было человека на свете. Только фамилия с инициалами на сельском памятнике…

«ТЕПЕРЬ МЫ ЗНАЕМ, КАК ПОГИБ МОЙ ДЯДЯ»

И все-таки чудеса случаются, и через десятилетия родным приходит весточка из прошлого от погибшего на фронте предка. А все благодаря бескорыстной и самоотверженной работе многочисленных поисковых отрядов, разыскивающих и поднимающих останки бойцов, считавшихся без вести пропавшими. Об одной такой истории мы рассказывали читателям несколько лет назад.

В сентябре 2018 года в Вяземском районе Смоленской области состоялось торжественное перезахоронение найденных поисковиками бойцов в братской могиле на мемориале Памяти воинов Западного и Резервного фронтов «Богородицкое поле». Из 459 человек по смертным медальонам удалось установить имена лишь 33-х. Был среди них и уроженец с. Замарай-Боровский Тихвинского сельсовета Сергей Александрович Панин. Он ушел на фронт совсем молодым, еще не успев завести семью.

Проститься с Сергеем Паниным на Смоленщину отправились его племянница из Добринки Валентина Сергеевна Невейкина со своими дочерями, глава Тихвинского поселения Александр Кондратов и корреспондент «ДВ» Роман Панов.

— Из Книги памяти мы знали, что дядя Сережа погиб в марте 1943 года под Сталинградом, — рассказывает со слезами в голосе В.С. Невейкина. — На эту дату и ориентировались. А тут неожиданно пришло сообщение от смоленских поисковиков, что найдены останки Сергея Панина. Он был среди бойцов, попавших в так называемый «вяземский котел» в первые месяцы войны, а точнее 2-13 октября 1941 года. Кстати, именно в это время прервалась письменная связь с ним. Так мы узнали, как погиб наш родной человек, 77 лет считавшийся пропавшим без вести.

Валентина Сергеевна привезла на свою малую родину, в Тихвинку, землю с места гибели Сергея как последний привет не дождавшимся его с фронта родным. Посыпала ее на могилы бабушки Сережи — Татьяны Михайловны и его сестры. К сожалению, место захоронения его родителей неизвестно, они умерли совсем молодыми, а оставшихся сиротами троих детей воспитывал дедушка Евдоким Харитонович Панин. Он же после войны пытался через военкомат разыскать хоть какие-то сведения о внуке. Безрезультатно…

— Это такое облегчение для нас — знать, где похоронен родной человек, — говорит Валентина Сергеевна. — А моя заветная мечта еще раз побывать на его могиле.

Имя С.А. Панина также есть в списках павших воинов Тихвинского сельсовета.

КАК СТАНОВИЛИСЬ ГЕРОЯМИ

Село Боровское Тихвинского сельсовета стало известно на всю страну благодаря подвигу ее уроженца Ивана Андреевича Калинина.

Он родился 20 января 1921 года в большой крестьянской семье. До войны отучился на курсах, работал трактористом. В дальнейшем этот факт сыграет особую роль в его фронтовой судьбе.

На фронте 20-летний Иван Калинин начинал службу шофером санбатальона, перевозил раненых. Нередко попадал под артиллерийский обстрел или бомбежку вражеских самолетов. Мечтал стать танкистом. И в 1942 году, окончив школу механиков-водителей танков, уже сидел за рычагами Т-34.
Калинин участвовал в Сталинградской и Курской битвах, 2 октября 1943 года их танковый батальон был переправлен через Днепр на небольшой плацдарм, отвоеванный у противника нашими пехотинцами. Помощь танкистов была очень своевременной. Почти трое суток, не смолкая, гремел бой на правом берегу Днепра. За это время советские воины отразили 19 контратак противника с нанесением ему огромных потерь. Младший сержант Калинин 13 раз водил свою машину на врага.

За героизм и мужество, проявленные в боях при форсировании Днепра и удержании плацдарма, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 декабря1943 года И.А. Калинину было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Командование части приняло решение послать Ивана в Ташкентское танковое училище. День Победы над фашистской Германией младший лейтенант Калинин встретил на Дальнем Востоке, куда был направлен после окончания училища.

Гвардии младший лейтенант, командир танка 218 танковой бригады Калинин Иван Андреевич погиб 14.8.1945 г. в бою под г. Муданьцзян (КНР) в период советско-японской войны. Похоронен в г. Уссурийск Приморского края. Навечно занесен в списки воинской части, где он служил.

Его имя увековечено в названии корабля. Бюст Калинина установлен в Добринке, на аллее Воинской Славы. В 1978 году школе д. Заря (к сожалению, ныне не существующей)было присвоено имя Героя Ивана Калинина.

Колхоз им. Калинина (первоначально названный так в честь «всесоюзного старосты» Михаила Ивановича Калинина), преобразованный в годы перестройки в СХПК, стал носить имя Героя Советского Союза Ивана Андреевича Калинина.

ЗА ЧТО ДАВАЛИ ОРДЕНА

Так обычные ребята, многие из которых никогда не уезжали дальше своей деревни, оказавшись на фронте, проявляли настоящие чудеса смелости и храбрости. В 1945-ом они возвращались домой с орденами и медалями на груди. За каждой такой наградой — подвиг, мужество, героизм.

Тракторист Григорий Кузьмич Беляев покидал родную деревню Аничково Тихвинского сельсовета в 1941 году. Уходил защищать свою землю, которую с детства любил.

Дошел до Курской дуги, где получил очень тяжелое ранение. Долго лечился в госпиталях, а при выписке услышал категоричный вердикт военного врача: к строевой службе не годен.

Но Беляев отказался уходить в запас, настоял, чтобы его снова направили в действующую армию. И медики сдались. Вместе со своим полком рядовой Беляев дошел до Будапешта. Бои шли в самом городе. Зажатые в тиски фашистские части пытались любой ценой вырваться из окружения.

Штаб артиллерийского полка обосновался в одном из сохранившихся городских зданий. Здесь собрались офицеры на совещание. Охранял штаб взвод, бойцом которого был Григорий Беляев. Стоя на своем посту, он чутко вслушивался в ночную тишину. Вдруг совсем рядом раздались еле слышные шаги.

— Стой! Кто идет!?

Тихо. Неожиданно послышались голоса, не наши, чужие. В глаза бьет резкий свет. Автоматная очередь обожгла руку. Превозмогая боль, Григорий дотянулся до спускового крючка карабина. Начался неравный бой. Сзади раздались выстрелы — на помощь подоспели товарищи. И тут рядом с ним взорвалась граната. На какое-то время молодой боец потерял сознание, а очнувшись, снова взял в руки карабин, хотя сил подняться уже не было.

Когда после боя его увозили в санбат, начальник штаба майор Павлушко сказал бойцу:

— Представим тебя, Григорий, к ордену Славы.

Закончилась война. После госпиталя Г. Беляев вернулся домой. Обещанного ордена он так и не получил. То ли начальник штаба о награде сказал просто для того, чтобы ободрить раненого бойца, то ли сочли, что его уже нет в живых.

И только девятнадцать лет спустя, в апреле 1964 года военком Добринского района подполковник Ступин вручил колхознику Беляеву орден Славы третьей степени.

Григорий Кузьмич всю жизнь работал в колхозе им. Калинина. Ранение не позволило ему вернуться в профессию механизатора. Поэтому брался за любое дело: был разнорабочим, водовозом, сторожем. Везде трудился старательно и скромно жил бывший воин, кавалер ордена Славы Г.К. Беляев.

Инвалидом вернулся с войны Семен Филиппович Сигорских. Из-за тяжелого ранения его трудоспособность была сильно ограничена. Поэтому бывший фронтовик работал там, где не требовалась физическая сила: сторожем, водовозом. И многие односельчане даже не догадывались, каким героем был на войне их скромный земляк, развозивший по полям бочки с холодной питьевой водой.

Его историю мы узнали от снохи ветерана Людмилы Васильевны.
Семен Филиппович родился в 1909 году в д. 1-я Александровна (Савельево). После раскулачивания их семья переехала в Большую Плавицу. До войны он успел жениться. На фронт Семен ушел в первые дни, оставив дома беременную жену. Сына Виктора, родившегося в сентябре 1941 года, отец увидел лишь незадолго до Победы.

Санинструктор Сигорских ежеминутно рисковал своей жизнью, вынося с поля боя раненых бойцов. Совсем тяжелым под свистом пуль и разрывами снарядов прямо на месте оказывал первую помощь. На счету Семена были сотни, если не тысячи спасенных жизней.

Он часто вспоминаол один случай. Однажды, как только затих бой, санинструктор ходил между убитыми бойцами в поисках оставшихся в живых. Некоторые раненые бойцы, опасаясь оказаться в плену, иногда шли на хитрость: заслышав шаги, притворялись убитыми.

— Я остановился и говорю вслух: «Вроде никого больше нет», — вспоминал позже ветеран. — А лежащий неподалеку солдат открывает глаза и говорит: «Брат, я живой…». Навалил его на спину и понес в лазарет.

Трижды Сигорских попадал в лапы к фашистам и всякий раз ему удавалось сбежать из плена.

Первый раз их загнали в товарные вагоны и куда-то повезли. Выбраться на свободу можно было только одним путем: через разобранные доски пола идущего на полном ходу поезда. Семен был в числе немногих смельчаков, решившихся на этот рискованный шаг. Ему повезло оказаться на воле и остаться в живых.

Зимой 1942 года Сигорских снова оказался в плену. В трескучие морозы их держали в холодном сарае. Чтобы не отморозить ноги, Семен придумал хитрый ход: лежа на спине, стучал ими по стене так, будто бежал по дороге. К счастью, среди охранников оказался свой человек, который помог сбежать.

Третье пленение и побег были на Украине, под Белой Церковью.
В одном из боев санинструктор Сигорских получил тяжелое ранение — ему оторвало стопу. Находясь в госпитале, долго не писал домой. Не получая писем, жена пролила немало слез, думая, что его уже нет в живых. Семен Филиппович вернулся в родное село в самом конце войны. Сколько было радости!

Жили с женой Александрой Михайловной хорошо. В 1946 году родился второй сын — Михаил. Супруга умерла первой, он пережил ее на 16 лет. Все эти годы жил с семьей сына.

— Для меня он был вторым отцом, — рассказывает сноха ветерана Людмила Васильевна Сигорских. — Очень любил внучат, помогал мне по хозяйству.

Внуки теперь хранят боевые награды деда. Среди них одна из самых почитаемых у фронтовиков — медаль «За отвагу». Ее С.Ф. Сигорских получил 24 октября 1944 года. В приказе о награждении написано: «Санитара 1-й стрелковой роты гвардии рядового Сигорских за то, что он при прорыве вражеской обороны 15 октября 1944 года, в районе деревни Кумец 1-й Литовской ССР, в разгар боя вынес с поля боя 15 бойцов и 3-х офицеров, оказав им первую помощь. Из личного оружия — винтовки убил двух немцев».

ГОЛОСА ИЗ ПРОШЛОГО

Сегодня эти пожелтевшие и почти совсем выцветшие клочки бумаги стали ценными семейными реликвиями для потомков писавших их солдат. За каждой строчкой — любовь к семье и близким, а еще вера в победу и страстное желание разбить ненавистного врага.

Владимир Петрович Купцов 8 октября 1944 года писал родным в Большую Плавицу: «Здравствуйте, дорогие родные! Мама, братцы Миша, Коля, Петя и сестрицы Рая, Валя.

… Мама новостей у меня нет, будут — напишу. Вы пишите, что хотите прислать мне денег. Деньги мне не нужны. Носков, варежек хватает. Не беспокойтесь. Мама, остались считанные дни, и тогда кончится война. Мы уже прошли Кавказ, а Карпаты — пустяки. Мы уже на равнине. Еще один бросок…

Вот и все. Мама, писать больше нечего. Передавайте всем привет. Пока. До свидания. Остаюсь жив и здоров. Жму крепко всем руки. С приветом к вам — ваш сын Володя Купцов. Не обижайтесь, что плохо написал: писал вечером и очень спешил».

Марфа Сергеевна ждала от сына новых писем, ждала скорого окончания войны. А потом пришла похоронка, которую матери вручили в сельсовете. В ней сообщалось, что командир взвода младший лейтенант Владимир Петрович Купцов геройски погиб 1 января 1945 года в Будапеште, столице Венгрии. Ему было 20 лет.

Жариков Алексей Васильевич из д. Большая Плавица 12 апреля 1942 года писал жене: «Здравствуй, любимая Дуся и ненаглядные мои детки. Я сегодня выехал на фронт в Ленинград. Фронт — один из тяжелых, трудных и опасных. Но ничего, я убежден в своих силах, в силах воинов Красной армии, в силе советского народа. Фашизм будет разбит. Я обратно вернусь к вам, а ежели не вернусь, то мои дети и весь народ будут знать, что я погиб за Родину. Письмо напишу не скоро, когда приеду на место, в часть, а сейчас пока прощай, Дуся, прощайте мои дети, прощайте родные и знакомые. Ваш Леня».

Алексей Жариков был ранен под Ленинградом и 30 сентября 1942 года умер в госпитале. Ему было 33 года.

В 2005 году тогда ученик 6 класса школы д. Заря Павел Скоморохов писал исследовательскую работу к 60-летию Победы. Он посвятил ее своему двоюродному деду Николаю Романовичу Беляеву, уроженцу д. Аничково.

«Беляев Николай Романович, 1923 г.р., был призван 10 декабря 1941 года. Погиб 19 марта 1943 года в Калужской области. За два дня до смерти он написал домой письмо. Оно было на маленьком клочке бумаги и за давностью лет не сохранилось. Но все члены нашей семьи знают его наизусть: «Здравствуй, мама! Идут страшные бои, но я вспомнил твои слова, как ты меня просила написать хоть одну строчку, что жив… Целую. Твой сын Николай».

Долгое время семья ничего не знала об обстоятельствах его смерти, о месте захоронения. Уже после войны было получено письмо от совета ветеранов при Спас-Деменском райвоенкомате. В нем сообщалось, что Беляев Николай Романович похоронен в братской могиле у д. Дюки. Здесь установлен обелиск, за которым ухаживают местные жители.

Спустя некоторое время было получено еще одно письмо. Ветеран 42 стрелковой дивизии Дмитриенко Леонид Тимофеевич рассказал, как погиб лейтенант Беляев. С группой бойцов он оказался в окруженной немцами деревушке и вызвал огонь нашей артиллерии на себя. По рации успел передать своим, что последний патрон оставляет для себя…

Николай ушел на фронт холостым. Как и многие тысячи воинов, он погиб, не оставив после себя наследников. Но есть я, мой брат. Мы знаем о нем. Гордимся его стойкостью и мужеством. И передадим эту память потомкам».