Настоятель Космодамиановского храма с. Талицкий Чамлык о. Илья (Исаев) в день памяти священномученика Александра Орлова с его потомками. В прежнем храме с. Талицкий Чамлык служили Богу родственники святого, здесь его крестили.
После Октябрьской революции жизнь духовенства и их семей стала огромной чередой испытаний, а с 1937-го — и вовсе трагедией: храмы закрывались, настоятелей ссылали в лагеря и расстреливали. В материале «Дочь священника, ставшая кавалером ордена Ленина», скорее, говорится об исключении из правила: вопреки обстоятельствам Варвара Вячеславовна Орлова выбрала путь педагога и прошла его с достоинством, заслужив высшую правительственную награду. Но что стало с её семьёй?
ДЕД, ОТЕЦ, ДЯДИ — ВСЕ НАСТОЯТЕЛИ
Что стало с отцом Варвары, настоятелем Покровского храма с. Сибирка-Сафоново Вячеславом Тимофеевичем Орловым, выпускником Орловской духовной семинарии, в архивах о репрессированных и расстрелянных нет никаких данных. В документах Тамбовской епархии за 1911 год он указан как «сын священника, 47 лет, рукоположен в сан в 1887-м году, награждён скуфьёй, имеет жену и 9 детей». Орлов В.Т. родился в 1863-м и к «расстрельному» 1937-му ему исполнилось около 74 лет. Возможно, к тому времени батюшки не стало или власти сжалились над его возрастом, хотя митрополита Серафима (Чичагова) арестовали и расстреляли в 84 года…
В любом случае это момент, когда хочется думать, что отца учительницы, кавалера ордена Ленина Варвары Вячеславовны Орловой, всё-таки уже «не стало» и он не увидел трагедии с братьями, ближайшими родственниками и в целом с храмами, в том числе с его Покровским. (По данным Тамбовского ЗАГСа, человек с такими именем и фамилией умер в 1934 г.). Ещё в этом убеждает тот факт, что последним священником храма Сибирки-Сафоново был Покровский Александр Семёнович, 1899 г.р., уроженец Ленинграда. И участь своих «коллег» по вере разделил он: был осуждён на 10 лет лагерей постановлением тройки УНКВД по Воронежской области.
Но вот младший дядя учительницы, Павел, 1876 г.р., страшной доли не избежал. Родившийся в семье священника в селе Чамлык (именно так, без слова «Талицкий», но с указанием названия храма Космодамиановский числится это село в епархиальных документах), он, как и братья с отцом, с юных лет шёл по духовному пути.
В 1890-е годы Павел Тимофеевич окончил Тамбовскую духовную семинарию. В 1907 г. принял сан священника, и его направили в храм с. Баку Тамбовской губернии. В 1930-е годы служил настоятелем храма в с. Иванково Тамбовского района. Был женат, воспитывал 5 детей. Трагический поворот в его судьбе произошёл в конце 1930-х гг., особенно в 1940-м году. 10 октября его арестовали и заключили в тюрьму г. Тамбова. 22 марта 1941 года Особое совещание при НКВД СССР приговорило его по статье 58-10 УК РСФСР (антисоветская пропаганда и агитация) к пятилетней высылке в Казахстан, в Карагандинский лагерь (Карлаг), что считался самым страшным местом на земле… Обычно батюшкам предъявляли традиционное обвинение: «Систематически проводили среди населения вредительскую работу, направленную к противодействию советской власти».
Почему именно в 1937-м начались страшные репрессии? В начале года прошла Всесоюзная перепись населения, и власти по этим документам, в которых всё подробно отмечалось, поняли: основная часть граждан остаётся по-прежнему верующей. Получалось, что директиву Ленина о насаждении атеизма современное руководство не выполняло. И уже в конце осени 1937-го Н.И. Ежов отправляет записку Сталину: «Оперативный удар был нанесен исключительно по руководящему активу церковников… В результате почти полностью ликвидирован епископат православной церкви, что в значительной степени ослабило и дезорганизовало церковь. Вдвое сократилось количество попов и проповедников, что также способствует разложению церкви…».
В документах допроса Орлова П.Т. сказано, что он из семьи протоиерея, перечислены братья-священники: вышеназванный отец учительницы Вячеслав и младший Евгений, 1879 г.р. Последний мне встречается в документах 1911 года как дьякон (с 1894 г.) храма с. Московка, Городковские Выселки тож Тамбовской губернии. Там же сказано, что он женат, имеет 5 детей. Их отец Тимофей Егорович Орлов в 1876 г. записан настоятелем Космодамиановского храма с. Чамлыка, служащий там с 1857 года. И он же здесь называется благочинным 5-го Усманского церковного округа. Его помощником тогда был священник из Шмаровки Михаил Иванович Поздняков, а духовником записан священник с. Сибирки (Сафоновки) Михаил Петрович Рождественский. Видимо, его потом в Покровском храме с. Сафоново и сменил сын благочинного и отец учительницы Вячеслав Тимофеевич Орлов. В документах 1911 года про Покровскую церковь с. Сафоново сказано: «Церковь каменная, теплая, построена в 1848 г. на средства князя Гагарина. Престолов два: главный — во имя Покрова Пресвятой Богородицы и придельный — св. Димитрия Мироточиваго».
ИЗ РЕПРЕССИРОВАННЫХ ОРЛОВЫХ…
Вообще, в Усманском уезде большое число Орловых служили священниками. Как известно, тогда в семьях было много детей, у облачённых саном — особенно. Вот, например, у троих братьев, Вячеслава, Павла и Евгения, уже насчитали 19 наследников… У всех Орловых, кого в списках встречала в других храмах, расположенных на территории нынешнего Добринского округа или рядом, тоже указано, что они дети священников. Не могу сказать, сколько было братьев у самого благочинного 5-го округа Тимофея Егоровича Орлова, но, коль все настоятели с такой фамилией поблизости друг от друга в Усманском уезде служили Богу и у многих в графе места рождения — Талицкий Чамлык, значит, были родственниками.
Например, в с. Мордово служил Сергей Иванович Орлов, в 1911 ему было 39 лет. 43-летний Александр Иванович Орлов стал священником в 1895 году, имел с матушкой 3 детей (тоже данные на момент 1911 г.). В Димитровской с. Средняя Матрёнка был 38-летний Леонид Михайлович Орлов, женатый, имеющий 3 детей. Это лишь малая часть из перечисленных Орловых, так как ещё более настоятелей и служащих в храмах было с этой фамилией. И многие Орловы, приговорённые к расстрелу, встретились в книге 1997 г. авторов Б. Петелина и С. Разбирина «Книга памяти жертв политических репрессий Липецкого края с ноября 1917 г.».
Долгие годы имя родного дяди учительницы из Мазейки В.В. Орловой, Павла Тимофеевича, как и всех остальных репрессированных священнослужителей страны, оставалось под запретом. Что с ним стало после 5 лет заключения, долго ли прожил — неизвестно. Уже на фотографии в момент заключения этот 64-летний мужчина выглядит измученным и намного старше своего возраста. Справедливость восторжествовала лишь 8 августа 1989 года, когда прокуратура Тамбовской области его реабилитировала. Вряд ли педагог об этом узнала, так как на момент реабилитации дяди её возраст — 97 лет.
Педагог-кавалер ордена Ленина не могла знать, что наступит торжество справедливости, но мечтала об этом. И наверняка с младшей сестрой Валентиной они сильно переживали за близких родственников и потихоньку об этом говорили между собой. Ведь, даже внешне оставаясь равнодушной, невозможно в сердце не пожалеть братьев отца, что пострадали за веру Христову, в которой их воспитывали родители с детства. На момент ареста ближайших родственников Варвара Вячеславовна Орлова как раз переехала в Мазейку и уже работала там с сестрой. Ей было в 1937-м — 45 лет, сестра — на 6 помоложе. Это взрослые, состоявшиеся люди. Они могли лишь гордиться своими родными, которые, несмотря на расправы, не отреклись от веры и долга, несли свой крест до конца.
Даже если предположить, что женщин, чтоб самим не понести наказание и остаться на работе, заставили подписать какие-то бумаги об отказе от сородичей из духовенства, то в душе-то ничего не подпишешь. Как говорится, кровь людская не водица. С одной стороны, у Варвары — орден Ленина, с другой — по указу вождя началась борьба с церковью… Таковы были реалии времени. Можно лишь представить, в каком тяжёлом моральном положении сёстры из рода священнослужителей находились: в детстве — глубокая вера, молитвы, потом учёба в епархиальном училище, где их строго учили кротости и послушанию, готовили быть и учителями, и жёнами священников, а на работе в школе после революции — противоположное: ни в коем случае не носить крест и запрещать это делать подопечным. (Хотя их ученики, мои прошлые собеседники Дергунов А.Б. и Филалеева Т.Н., говорили, что учительницы-сёстры никогда не ругали детей на уроках: «Зачем с крестом в школу пришёл?», как бывало постоянно в те годы. Ещё Дергунов Анатолий Борисович добавил, что Мазейский храм был деревянным, его стали крушить до войны, какое-то время сделали зернохранилищем. В церковной сторожке открыли клуб, во время войны здесь располагалась пожарка (потом и сейчас в этом здании работает магазин), а сам храм разобрали и отправили на постройку клуба в с. Талицкий Чамлык…).
Родной храм Варвары и Валентины в разрушенном виде сохранился до сей поры. Сначала это тоже было зернохранилище. Даже сейчас, среди крапивы и бурьяна видно, каким величественным он был когда-то. Жительница Добринки, Нина Ивановна Семёнова, со слов своего отца-фронтовика, жителя д. Киньшино Ивана Васильевича Прошкина, 1921 г.р., рассказала, что он в детстве любил посещать этот храм. Крестьянского мальчишку там привлекало всё: внутреннее убранство, нравились ёлочки, посаженные вокруг, красивым был забор (его хорошо видно на фото храма 1906 г., которое из Госкаталога предоставил наш земляк, историк-краевед Виктор Бахтин, — прим. авт.). Здесь же, у стен церкви, по воспоминаниям И.В. Прошкина, находились и захоронения семей священников. Эти рассказы отца подтвердил и брат Нины, Николай Прошкин. Из своего школьного детства мужчина вспомнил, как он с мальчишками обнаружили склеп с захоронениями рядом с разрушенным зданием храма Покрова Пресвятой Богородицы. Подростков удивил хорошо сохранённый венчик на голове мощей…
Пока друг другу это пересказывали, администрация пригнала бульдозер и всё сравняла с землёй. Поэтому, уважаемые читатели, бывая в тех местах, имейте в виду, что ходите по кладбищу. Кто его знает, куда бульдозер растащил прах священников, их жён и детей…
ПРИЧИСЛЕН К ЛИКУ СВЯТЫХ
Скорее всего, не узнала кавалер ордена Ленина и ещё об одном моменте — о том, что их родственника, Александра Леонидовича Орлова, расстрелянного в 1937-м, причислили к лику святых. Он родился в 1877-м в семье священника в с. Талицкий Чамлык и окончил Тамбовскую духовную семинарию, в последние годы своего пастырства служил в Никольском храме с. Никольский Чамлык.
Батюшка Александр был женат на дочери священника Капитолине Александровне, с которой воспитывал семерых детей. (Один из сыновей, Михаил, тоже был арестован и сослан на 5 лет на Беломорканал). Ещё ранее, чем Павла Тимофеевича, «за невыполнение государственного налога» Александра Орлова дважды арестовывали, в 1929 г. и 1930 г., а 1935-м А.Л. Орлова вместе с мужем его племянницы, настоятелем храма села Шмаровка Василием Фёдоровичем Емелиным, 1898 г.р., и группой верующих арестовали и 14 декабря приговорили по той же ст. 58-10 УК РСФСР к 5 годам тюремного заключения в Карлаг. Их общее обвинение звучало как «групповое дело священника Орлова».
Там настоятель Чамлык-Никольского храма, А.Л. Орлов, показал, что «служит священником 32 года, сан священника никогда по своим убеждениям с себя не снимет и умрёт священником». Находясь в исправительно-трудовом лагере, будучи уже инвалидом, отец Александр с другими батюшками из камней выложил изображение церкви, алтаря, крестов и совершал Богослужения. Это послужило причиной нового ареста, причём в лазарете. И тройка при УНКВД Карлага 31 октября 1937-го его приговорила к расстрелу. Приговор исполнили 2 ноября 1937-го в 24 часа. Где похоронен, неизвестно.
(Патриарх Тихон (в миру — Василий Беллавин), тоже подвергавшийся арестам и умерший в 1925-м, в одном из посланий Советам народных комиссаров, задолго до репрессий 1937 г., в октябре 1918 г., писал: «Казнят епископов, священников, монахов и монахинь, ни в чем не повинных, а просто по огульному обвинению в какой-то расплывчатой и неопределенной контрреволюционности… тела убитых не выдаются родственникам для христианского погребения». Он же тогда просил власти не глумиться над останками заступника Земли Русской, Преподобного Сергия Радонежского…).
Реабилитировали Александра Орлова 22 июня 1992 г., а через 8 лет, в 2000-м г., Архиерейским Собором Русской православной церкви Александра Леонидовича Орлова причислили к лику святых. Память его совершается 20 октября (2 ноября) в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской, 10 (23) сентября — в Соборе Липецких святых. Его жизненный путь — свидетельство несгибаемой веры и напоминание о судьбах многих священнослужителей, пострадавших в годы репрессий.
Ставлю себя на место Варвары Вячеславовны Орловой. Скажите, как ей, учителю литературы, много раз с детьми читавшей строки А.С. Пушкина: «Два чувства дивно близки нам,/ В них обретает сердце пищу: Любовь к родному пепелищу,/ Любовь к отеческим гробам…», самой было исполнить эту «любовь к отеческим гробам»? Никак совершенно. Ведь осквернили могилы её родителей, деда Тимофея и всех родственников Орловых, как, впрочем, и всех священников, захороненных у стен храмов. Оставалось одно: уехать куда глаза глядят. Вот они с сестрой и подались из родных мест.
Марина ПЧЕЛЬНИКОВА.
Фото автора, из архива настоятеля храма с. Талицкий Чамлык Ильи Исаева, материалов уголовного дела священников, Госкаталога.